Любопытно, чего хотели добиться вонгви? Они пытались его убить или захватить в плен, напугать или оценить его возможности? Лишь в одном кореец не сомневался: тварей кто-то подослал – низшие духи сами по себе редко собирались в стаи и уж точно не вели себя так организованно. Впрочем, то корейские духи, кто знает, на что способны российские? Проверять разницу на собственной шкуре парень не стремился.
* * *– Каков гад! Игнорировать меня вздумал… Меня! – взорвалась Иванова, стоило нам войти в мою квартиру.
– Ничего, он у меня еще попляшет. Как шелковый станет! Пылинки с меня сдувать будет! На руках носить!..
– Лучше бы ты с ним не связывалась. – Я сняла обувь и повесила куртку на вешалку. Прошла на кухню. Ко мне тут же бросилась оголодавшая за день кошка.
– Что?! Ревнуешь?
– Дался мне этот кореец, – фыркнула я, открывая дверь холодильника. – Странный он. Очень.
– Ну, как знаешь! Вот увидишь, не пройдет и недели, как он за мной бегать начнет.
– Ага… – растерянно отозвалась я.
– И почему ты сразу не сказала, что он по-русски говорит? Я себя такой дурой выставила!
– Я пыталась. Если бы ты меня чаще слушала и меньше перебивала… – Поставила мисочку с говяжьим фаршем перед кошкой.
– А… – начала Кэт и тут же замолчала, видимо, вспомнив мои попытки ее вразумить. – Так настойчивее надо быть!
– Надо, – вздохнула я, – только из нас двоих вся настойчивость досталась тебе.
Кошка понюхала угощение, а затем недовольно посмотрела на меня.
– Извини, Васька. Свежее мясо куплю завтра.
Васька, будто нехотя, принялась есть.
– Избаловала ты свою блохастую! А вообще, увидит кто, как ты с этой гурманкой беседуешь, еще дурку вызовет. С людьми надо общаться, а не с кошками.
Кэт не зря обозвала мою питомицу гурманкой, вкус к еде у Васьки и правда был привередливый. Она не признавала кошачий корм: ни сухой, ни консервы, ни всевозможные лакомства. Предпочитала сырое мясо и рыбу. Просто обожала креветки, но, по понятным причинам, этим деликатесом я могла баловать Ваську нечасто.
– Чай будешь? – спросила я, зажигая газовую плиту.
– Выпить не откажусь, но не чая, а чего-нибудь покрепче.
– Ты же за рулем.
– Ничего. Я у тебя сегодня переночую… Ты же не будешь возражать?"
"На секунду задумалась, а затем кивнула. Оставаться одной в квартире и правда не хотелось. Слишком хорошо я запомнила, с какой легкостью темные фигуры взлетели по стене дома.
