— Вам тоже не нравится мой наряд?
— О, нет-нет! Вы сегодня выглядите, словно фея. Это платье вам очень идет.
— Спасибо, — смущенно пролепетала я."
"— Но ваш выбор спутника, мягко говоря, настораживает. Я волнуюсь за вас, Алиса. Уже неоднократно я предостерегал вас от общения с этим человеком.
— Так… получилось.
— Быть может, этот кореец угрожал вам? Как-то сумел навязать свое общество?
— Н-нет! Он просто… друг. Попросил об услуге, и я не смогла отказать.
— Эх, Алиса, — укоризненно произнес Герман, — вечно вашей добротой все пользуются.
Впрочем…
— Что — впрочем?
— Этим вы и отличаетесь от современных девушек. Такую, как вы, хочется оберегать и защищать.
Я не знала, что сказать, слишком велико было потрясение. Слова заведующего меня не просто удивили, они шокировали. Породили в душе надежды, в которых боязно было признаться самой себе…
За время работы в Ленинке мне удалось исследовать почти все уголки дома Пашкова, а потому я вскоре поняла, куда именно мы направлялись.
— А… разве туда можно? — остановившись, указала на чердачный люк.
— Мне можно, значит, и вам тоже.
— Правда? — не веря своей удаче, переспросила я.
— Разумеется, — кивнул Герман.
Беседку, расположенную на крыше, называли самой секретной смотровой площадкой Москвы. Отчасти в шутку, отчасти всерьез. Из окон библиотеки открывался впечатляющий вид на Кремль, но с бельведера панорама должна быть еще краше… Вот только на крышу здания допускались лишь некоторые технические работники.
Как завороженная, я вышла следом за Германом на опоясывающий бельведер балкон, вдохнула стылый осенний воздух… Открывшийся вид превзошел все мои ожидания.
Панорама вечерней Москвы предстала во всей своей красе: Кремль и храм Христа Спасителя, Москва-река и Большой Каменный мост, бесчисленное множество особняков и золоченых маковок церквей — центр столицы был как на ладони. Подобный вид и среди бела дня произвел бы сильное впечатление, а поздним вечером, когда все дома, улицы и мосты красиво подсвечивались, и подавно.
Я обходила беседку на крыше, наверное, уже по третьему кругу, когда Герман вдруг накинул свой фрак мне на плечи.
— Замерзли?
— Д-да…
Изо рта вырвалось облачко пара, я зябко поежилась.
Только сейчас поняла, что за время короткой прогулки успела промерзнуть до костей. Несмотря на ясную погоду, этим осенним вечером было довольно холодно, я же оказалась на крыше лишь в тоненьком платье.
Заведующий нежно взял меня за плечи и повернул к себе, так что я уткнулась носом ему в грудь.
