— В этом-то все и дело! Ему тогда лет пятнадцать было, что ли… Юношеская сборная России по боксу, первая золотая медаль. Ему такое будущее пророчили, что ты… Заграницы какие-то сразу набежали, деньги обещали страшные, то, се… А тут вон чего… Говорили, вряд ли на ноги встанет. А он и встал, и спортом опять каким-то занялся. Только, кажется, не боксом, для бокса он уже не годится, с такими-то травмами, да и время упущено. Не, что клуб этот его именем назвали, — это правильно, тут никакой натяжки.
— А Зоя ему кто? — помолчав, спросил Павел.
— Какая Зоя? — удивился Макаров.
— «Какая Зоя»! — передразнил Павел сердито. — Ты что, вообще ничего не помнишь? Вчерашняя Зоя, из «Фортуны». Сам же вчера руки протягивал: «рыба моя золотая, рыба моя золотая»…
Макаров напряженно поразмышлял, тараща глаза и шевеля губами, потом сказал неуверенно:
— Правда, что ли, протягивал? Во дела… Вроде бы и не пьяный был… Она рассердилась, ты не заметил?
— Не рассердилась, — буркнул Павел.
— Ты не дотянулся… Ну так кто Зоя Федору?
— Не дотянулся — это хорошо! — Макаров заметно обрадовался. — Не хватало еще с Серым отношения выяснять… Откуда я знаю, кто она Федору? Я не знаю. При чем тут Федор?
Нет, все-таки странные люди бывают. Про Серого знают, а что Федор — «наш Федор», герой, в газетах писали и все такое — с ней в одной квартире живет, — этого они не знают.
— Знаешь, Володь, я думаю, что это Серый тут ни при чем, — решительно сказал Павел.
— У Серого другая есть. Маленькая такая, черненькая. По-моему, вертит этим вашим крутым Серым как хочет.
— Ну да… — Макаров продолжал удивляться. — А ты откуда знаешь? Жена у него есть, маленькая, черненькая. Вертит, ну да… Когда я им загородный дом рисовал, она из меня всю печенку вынула: вот это хочу, и вот это хочу… Но заплатили, правда, хорошо. Его уже строят, так-то.
Я специально ездил смотреть — хороший получается, правильно строят… Тамара сама там и командует, почище прораба всякого. Хватка у бабы, я тебе скажу, — сам Серый отдыхает.
— Ну а Зоя тогда при чем?
— Отстань от меня! — рассердился Макаров. — При чем! Вчера родился, да? Все знают, что при чем…
— А Тамара эта знает?
— А я откуда знаю, знает она или не знает? Не знает, наверное… А то бы сожрала — или его, или ее.
