Теперь не хватало только отправиться в глубокую разведку — в ее подъезд, — и ломиться во все двери с оригинальным вопросом: «Сантехника вызывали?» Или дождаться, когда из ее подъезда выйдет какая-нибудь разговорчивая бабулька, и пристать к этой бабульке с интересной беседой.
Никакие бабульки из ее подъезда не выходили. И из других подъездов бабульки не выходили. Из первого подъезда вышли молодые мужик с бабой, вынесли два таза мокрого белья, стали развешивать свои пододеяльники на веревках, натянутых между стволами старых лип, раздраженно переругиваясь.
Нет, эти не собеседники. Из другого подъезда выполз ветеран первой мировой в выцветших штанах с генеральскими лампасами и в желтой футболке с черной надписью «I’m good girl», полминуты постоял, громко сказал: «А?» — и уполз назад. Этот тем более не собеседник. И что они все по квартирам отсиживаются? Такая хорошая погода, не жарко еще, выходной — чего бы им не погулять во дворе? Наверное, все по дачам разъехались.
У каждого здесь по шесть соток за объездной дорогой, в субботу и в воскресенье весь город картошку окучивает. Провинция.
Из Зоиного подъезда выскочила растрепанная девчонка с двумя огромными полиэтиленовыми мешками в руках, роняя на ходу и опять ловко подцепляя босыми ногами пляжные шлепанцы, понеслась в его сторону… А, ну да, это она мусор вынесла, в этом доме нет единственного архитектурного излишества — мусоропровода. Впрочем, в его доме тоже мусоропровода нет, и даже в макаровском нет.
Мусоропроводы есть только в девятиэтажках в двух микрорайонах, и их жителей это обстоятельство нисколько не радует… Девчонка проскакала мимо машины Павла, не обратив на нее никакого внимания, пошвыряла свои мешки в контейнер и, пока Павел раздумывал, не поспрашивать ли ее, кто живет в подъезде, со страшной скоростью понеслась назад, опять роняя и подцепляя на бегу шлепанцы. Смешная какая. Вряд ли она что-нибудь знает о соседях. Современные подростки не интересуются жизнью посторонних людей.
Хотя в какие времена подростки интересовались кем-нибудь, кроме себя?
— Федор! — заорала девчонка, остановившись у подъезда и задрав голову. — Выгляни в окошко, дам тебе горошка!
Нет, правда, какая смешная. Эти слова из детской сказки она прокричала таким тоном, каким командуют общее построение на плацу.
Занавеска в одном из распахнутых окон второго этажа ушла в сторону, и в окне появился молодой греческий бог.
