Но все равно… Вы с ним вместе служили?
— Вместе, — с удовольствием подтвердил Павел. — Между прочим, он самый бесшумный из всех наших был. Прямо привидение какое-то. Один раз на спор три кольца оцепления прошел. Главное — его же специально караулили! И никто ничего… Потом пытали: как прошел? Так и не раскололся. Трепался про левитацию и телепортацию, уболтал всех до истерики и спать лег. Паразит.
— Уболтать — это он умеет, — весело согласился Серый. — Смотри-ка, а сейчас вроде не спит… Вон за занавеской что-то светится.
Ночник, наверное. Томка этих ночников по всем углам насовала, для уюта. Выключатель найдешь? Или фонарик дать?
— И так не заблужусь, — вполголоса ответил Павел уже с середины лестницы. Он до сих пор видел в темноте почти так же хорошо, как до того взрыва, ослепившего и оглушившего его на два месяца.
Макаров и вправду не спал. Он ботинки чистил. Сидел себе потихоньку в отведенной для них двоих комнатке на чердаке и при свете крошечного ночника в виде желтой лилии чистил свои серые замшевые ботинки школьной резинкой-стиралочкой.
Зоя права, отметил Павел. Абсолютно все с ума посходили.
— Наконец-то, — нетерпеливо встретил его Макаров. — Ходит где-то, ходит… не дождешься его, честное пионерское… Пашенька, посмотри, вот тут не лоснится, нет? Погоди спать, сейчас еще пиджак на мне посмотришь. Погоди, сейчас… Во, смотри! Вот здесь, слева, не морщит? Не помято на боку, нет?
— Володь, может, ты правда с ума сошел? — поинтересовался Павел, с удовольствием растягиваясь на кровати и включая над ней ночник в виде разноцветной рыбки.
— Чего ты посреди ночи гардеробчиком занялся?
— Чего это сразу сошел? — рассеянно обиделся Макаров. — Ничего я не сошел. Посреди ночи! А когда? Мы завтра с утра к маме идем, не могу же я как попало…
Павел долго с изумлением смотрел на Макарова, который старательно устраивал свой пиджак на вешалке, потом сообразил:
— К Катькиной маме, что ли?
— Ну да. К чьей же еще? — Макаров взялся за галстук и принялся придирчиво разглядывать, поднеся к самому ночнику.
— Паш, а галстук у меня не очень яркий, а? Паш, ну что ты сразу спать! Я ж тебя как человека спрашиваю!
— Отвечаю как профессионал, — пробормотал Павел, уже уплывая в сон. — Ты маме в любом галстуке понравишься. И без галстука тоже. И даже в своих цветастых трусах. Если уж Катьке понравился — так маме и подавно…
— А ты думаешь, я Катьке понравился? — с надеждой спросил Макаров.
