— Мы уже две малые ночи не чувствуем её присутствия.
— Для вас что-то изменилось от этого? — поинтересовался я, при этом прикидывая, сколько некоши можно разместить на крейсере. Точной численности приёмышей я так и не знал до сих пор, из-за чего принял решение взять на борт не больше трёх сотен аборигенов.
— Нет, приёмный, мы живём, как и прежде. Охотимся, собираем ягоды, коренья, травы. Вода по прежнему чистая и свежая. Но я чувствую, как увядает наш мир. Без Эмао он зачахнет, умрёт.
— Вот поэтому я и предлагаю забрать самых молодых жителей вашего поселения.
Там, откуда я прибыл, есть места, где они смогут жить, не беспокоясь о будущем. — говорил, а сам еле сдерживался, чтобы не отвести взгляд. Сейчас в содружестве и её окраинах весьма неспокойно, но там хотя бы есть шанс. А вот здесь, в аномалии, всё может резко измениться в худшую сторону. Всё в одночасье просто вымрет.
— Тревога! Воздух! — внезапно крикнул лейтенант, вскидывая оружие вверх.
— Отставить! — рявкнул я. Моё обострённое зрение увидело не только крупного чёрного мутанта, но и седока, прижавшегося к шее элитника.
— Это свои!
Через несколько минут к окраине посёлка подошёл отряд приёмышей. Глядя на них, возникала лишь одна ассоциация — ветераны. Настоящие бойцы, закалённые в тысячах и тысячах сражений, более сотни лет ведущие войну с сильным противником. Вот она, истинная элита зоны А-один."
"— Андрей, нас много. Больше, чем мы говорили тебе при первом нашем знакомстве. — произнёс Вадим, как и я, встречая прибывших на окраине леса.
Это он недавно кружил на черном мутанте над нашими головами — разведывал обстановку.
— Сколько? — спросил я, уже планируя, как и где разместить всех на крейсере. Похоже, временно придётся потесниться.
— Восемьсот. Среди них половина — это женщины и дети. Все имеют элитную мутацию. Да, с нами сорок мутантов.
— Найдём, где разместить. — быстро подвёл я расчёты. — В тесноте, так сказать, да не в обиде. Мутантов по грузовым отсекам распределим. Значит четыре сотни бойцов, говоришь?
— Семьсот сорок.
Все, кто старше шестнадцати, владеют оружием и приучены к военной дисциплине. Да ты и сам знаешь , иные здесь долго не проживут, особенно дети.
— Ну, мне нужны лишь те бойцы, которые готовы идти в бой. Впереди у нас намечается много грязной работы, с которой детям не справиться. Боевые подруги приветствуются, а вот матерям во всей этой заварухе места не найдётся. В общем, объяснишь своим мою позицию.
— Я, услышал тебя, Андрей.
— А теперь главное.