– В счете на их закупку значится тысяча четыреста штук. Тридцать восемь из них лежат в твоем сейфе, восемьсот двадцать четыре – в кабинете коллекционера, четыреста двадцать остались в мезонине.
– Итого?
– Не хватает ста восемнадцати.
– Может быть, их просто не лепили? Остались лишние?
– Нет! – Она категорично тряхнула головой. – Я все замерила и просчитала по площади. На стене и печи их было ровно тысяча четыреста.
– Вот задачка… – протянул Богданов, но Ульяна, выдержав паузу, объявила:
– У меня есть на нее ответ!
Он возмутился:
– Терпеть не могу эту твою привычку – тянуть до последнего! Что я тебе, мальчишка?
– Дюков доложил, что охранники видели свет в усадьбе.
Думаю, по ночам там кто-то сбивал плитку…
– Следовательно, преступники знают то же, что и Качалин, – договорил за нее Богданов. Он открыл бардачок и, пошарив рукой, выругался. – Черт! Это же не моя машина. Есть закурить?
– Не курю, и ты это знаешь, – проговорила Ульяна, без перехода добавив: – Кажется, ты был прав относительно Марго.
Богданов ухмыльнулся:
– Я всегда прав. Тебя-то что натолкнуло на эту мысль?
– Та пачка сигарет…
– В которой был спрятан телефон Конюхова? – Он оторвал глаза от дороги и посмотрел на Ульяну. – Блондинка в майке с цветком в волосах?
– Я разглядела: на самом деле это не цветок, а вспышка салюта.
– Какая разница?
– Я нашла такую же пачку в номере нашей отдыхающей. Рабочий, нашедший телефон, ее опознал.
– Кто такая?
– Она, скорее всего, ни при чем.
Эти сигареты ей подарила Марго. И, кстати, одну пачку оставила себе.
– Ну так пойди да спроси, где эта пачка. Если цела, значит, потрясем твою отдыхающую.
– Легко сказать! Ума не приложу, как это сделать и, главное, с какой стороны подойти. – Заметив, что они подъехали к КПП пансионата, Ульяна распорядилась: – Езжай к главному корпусу! – И, когда Богданов остановил машину, она спросила: – Зайдешь ко мне?
Чуть помолчав, он серьезно посмотрел ей в глаза:
– Ответь на один вопрос.
– Давай.
– Ты спросила только из вежливости или действительно хочешь, чтобы я зашел к тебе в номер?"
"– Не нужно выкручивать руки, – ответила Ульяна и, выйдя из машины, спросила: – Так ты идешь или остаешься?
Конечно, Богданов пошел вместе с ней. Оставив его в гостиной, она прошла на кухню, сварила кофе, составила все на поднос, но отнести в комнату не успела – ей позвонила Надежда.
