Она попрощалась с Рудневой и ответила:
– Да!
В ответ услышала взволнованный голос Богданова:
– Немедленно беги на КПП! Буду там через десять минут!
– Ты разве не уехал в Зареченск? – удивилась Ульяна.
– Уехал! Но возвращаюсь обратно!
– Да объясни же мне, что случилось? – воскликнула она.
– Быстро на КПП! – распорядился Богданов и отключился.
Излишне описывать, с какой поспешностью Ульяна прибежала туда. Минуты через три подъехал Богданов и, выскочив из машины, бросился к автомобилю Конюхова.
Ничего не объясняя, он рванул крышку багажника, нырнул внутрь и через мгновенье сунул в лицо Ульяны цветную глиняную плитку:
– Вот!
– Что? – не сообразила она.
– Сегодня в Зареченске в своей квартире был убит коллекционер Качалин. В его квартире обнаружили точно такие же!
– Думаешь, Конюхов связан с погибшим? – догадалась Ульяна.
– Теперь этот факт доказан.
– Подожди-ка… – Она взяла из его рук рельефную плитку с синим ромбом и четырьмя васильками. – Такие же я сегодня видела в мезонине усадьбы Тишь-на-Тоске.
– Идем туда! – Богданов хлопнул крышкой багажника и зашагал к воротам.
Глава 7
Загадочный пазл
Уже стемнело, когда Богданов и Ульяна добрались до заброшенной усадьбы. Он догадался прихватить с собой фонарь, и это было весьма кстати, поскольку в доме не было видно ни зги.
Следуя за пляшущим расплывчатым кругом света, они поднялись в мезонин.
– Когда-то здесь располагался хозяйский кабинет, – вполголоса проговорила Ульяна.
– Где плитки?! – Богданов, напротив, сказал это громко, как будто теперь он здесь хозяин.
Она указала на дальний угол:
– Там, на голландке и на стене.
Богданов пошарил светом от фонарика по печи и подошел к стене с плитками. Через минуту сказал:
– М-да… Все совпадает. Плитки коллекционера отсюда.
Лавируя между битыми стеклами и кучами мусора, Ульяна приблизилась к нему.
– По словам Дюкова, ночью охранники видели здесь огни.
– Когда это было?
– В последний раз с неделю назад.
Богданов присел на корточки, внимательно оглядел пол, потом изучил поверхность стены и самой голландки.
– Кажется, кое-что начинает проясняться.
– Я тоже догадалась, – тихо проронила Ульяна. – Конюхов приходил сюда и сбивал их.
– Причем крайне аккуратно, – сказал Богданов. – Нигде ни кусочка побитой плитки. Учитывая, что раствор, на который ее сажали, старый и крепкий, работал Конюхов ювелирно, с большими затратами времени.
Ульяна присела рядом:
– Но почему только ночью?
– Чтобы избежать свидетелей и лишних вопросов.
