Это почти миллион долларов, если ты вдруг разучилась считать. Так что мне приятно, конечно, что тебя повышают, но… давай заглянем вперед. – Он помолчал. – Это повышение означает больше часов работы?
– Всего одна дополнительная смена, милый.
Он ждал.
– Всего четыре дня в неделю! А ты работаешь шесть дней.
– Я знаю, сколько дней я работаю, Татьяна. И в какой день будет эта дополнительная смена?
Татьяна закашлялась и отвернулась.
– Я буду работать в понедельник, среду, четверг… ну и в пятницу с семи до семи… – Татьяна помолчала и добавила очень тихо: – В ночную смену.
– Не расслышал. Что?
– Ночная смена. С семи вечера в пятницу до семи утра в субботу…
Должно быть, она поняла выражение его лица, потому что быстро добавила:
– Но я буду дома с Энтони в субботу, как всегда. И я знаю, что ты должен ездить в Юму, но вы с Энтони можете забирать меня прямо из госпиталя утром в субботу, и мы поедем оттуда. Посплю в грузовике. Все будет отлично! Правда! Мы все организуем.
Извини, но, как старшая, я должна буду работать в самую напряженную ночь недели. Это очень большая ответственность.
Он курил и молчал.
Она придвинулась ближе:
– У меня будут свободные дни во вторник, субботу и воскресенье… А все другие сиделки должны работать хотя бы один из выходных…
– Ты и сейчас мало бываешь дома, – перебил ее Александр. – Ты бросаешь семью на четырнадцать часов трижды в неделю. Сорок два часа тебя нет дома. В пятницу ты вернулась почти в половине девятого.
– Айрис опоздала, – виновато пояснила Татьяна.
– И теперь ты хочешь отсутствовать еще и целую ночь. Уходить из дому на ночь! Я как-то отказался ехать в Лас-Вегас без тебя. Я не поехал в Колумбию ради Рихтера. Я не езжу в Юму, я не отправляюсь никуда, если это уведет меня из твоей постели даже на случайную ночь, а ты хочешь работать по ночам в этом чертовом госпитале каждую неделю, пятьдесят две недели, вечно?
– Милый… – умоляюще заговорила Татьяна. – Ну что мне делать? – Она коснулась его руки; он отдернул ее.
Татьяна встала лицом к нему. – Я знаю, тебе не нравится моя работа. Она тебе никогда не нравилась. Но это мое занятие. Это я сама. Я должна работать…
– Чушь! Ты предпочитаешь работать.
– Ради нас!
– Нет, Таня, ради себя самой.
– Ладно, а ради чего работаешь ты? Разве не ради себя?"
"– Нет. Я работаю для тебя. Я так тружусь для того, чтобы построить тебе дом, который тебе понравится.
