Закончив, Александр сказал:
– Том, ведь любой мужчина сделал бы это ради своей жены, да?
И Том Рихтер ответил после короткой паузы:
– Ну, я думаю, это зависит от жены.
Он попросил Александра о небольшой услуге. Одного из его молодых сержантов ранило, и он возвращался в Америку; вообще он был из Сан-Диего, но готов был работать где угодно, и не мог бы Александр найти для него местечко? Так уж вышло, что Александр только что подписал контракты на строительство еще четырех домов, и даже до этого он понимал, что у Фила слишком много работы, со всеми этими домами, строившимися почти одновременно.
Он с готовностью согласился помочь своему другу и так познакомился с Шенноном Клэем.
Шеннон, которому и двадцати двух не исполнилось, отправился на войну в Корее девятого мая пятьдесят второго года, а три дня спустя пропал. Его группа разведчиков попала в засаду, они потеряли связь с базой; пока они ждали вертолета, им пришлось вступить в бой, и вся группа погибла, а сам Шеннон получил пулю в ногу. Он четыре недели находился на вражеской территории, жил в лесу, и лишь потом его заметили с другого вертолета, пролетавшего над этим районом.
Александр и Татьяна думали, что такой человек, который, будучи раненным, сумел целый месяц продержаться в одиночку в горах Кореи, может справиться с чем угодно. Шеннон слегка прихрамывал из-за пули, все еще сидевшей в его бедре, но у него было доброе лицо, он хорошо держался, был крайне вежлив, готов услужить и невероятно трудолюбив.
Александру Шеннон сразу понравился и еще больше пришелся по душе после того, как Татьяна сказала, когда они возвращались домой после встречи:
– Он замечательный! Но одинокий.
Мы знаем какую-нибудь подходящую одинокую девушку?
Александр улыбнулся и поинтересовался, вправду ли Татьяна спрашивает его, известны ли ему одинокие девушки.
– Я сказала «мы», Шура. Мы.
Как-то утром, когда Александр и Шеннон были в конторе, Татьяна заглянула к ним, чтобы поздороваться. Она только что наткнулась на Аманду, делая покупки в Скотсдейле.
Едва она перешагнула порог офиса Александра, как Шеннон встал и сказал:
– Таня, ты меня познакомишь со своей подругой?
Татьяна с явной неохотой представила улыбавшегося Шеннона улыбавшейся Аманде. Два дня спустя все они вчетвером отправились ужинать к Бобо. Аманде вполне нравился Шеннон – да и кому бы он не понравился, как сказала Татьяна, с его-то вежливым лицом и невинными голубыми глазами, – но Шеннону Аманда нравилась чрезвычайно.
