– Таня, – с насмешливой серьезностью вмешалась Сайка, – а знаешь, что я слышала в Азербайджане? Что если ты еще не тронута, но тебя коснутся волоски и грудь созревшей молодой женщины, у тебя тоже все вырастет!
Татьяна продолжала пятиться, а они все так же шли за ней, две мокрые девицы, преследовавшие ее на поляне.
– Сайка, неужели это правда? – спросила Марина. – Я никогда о таком не слышала.
– Да, это правда! – Сайка помолчала. – Ну?
– Ну что? – резко бросила Татьяна. – Возвращайтесь лучше в воду и продолжайте делать то, что вы там делали.
– Но и противоположное тоже правда, – тихо сказала Сайка. – Ты мне не веришь. Но это правда! Ты расцветешь, если тебя потрогает некто с… ну, с осторожностью. Это лишь на пользу тебе. Ты хочешь оставаться безгрудой и нелюбимой? Ради того, чтобы тебе помочь, я готова даже… э-э-э… сломать твое… прикрытие.
Татьяна чуть не споткнулась и не упала, продолжая пятиться.
– Это не будет больно! – шептала Сайка. – Обещаю, больно не будет.
– Послушай Сайку, Таня, – посоветовала Марина.
– Она умна не по годам.
– Пойдем. – Сайка протянула руку. – Потом станет намного лучше! Позволь мне потрогать тебя.
Татьяна ударила Сайку по руке «Королевой Марго», развернулась и убежала, а девочки вернулись в воду, их веселые голоса эхом разносились над водой.
– Таня, поплавай с нами! – кричала Марина. – Мы просто шутим!
Татьяна уселась под сосной и затосковала из-за испорченного лета. «Все, – решила она, – уезжаю обратно в Лугу. Бланка Давидовна вполне может присмотреть за мной до возвращения Даши».
Марина и Сайка плескались, ныряли и хихикали, а Татьяна сидела вдали от них, мрачно наблюдая.
Марина была уже на берегу и тянулась к полотенцу, когда до Татьяны донесся с озера голос Сайки. В нем не было испуга, но слышалось беспокойство.
– Марина!
Напряженная интонация заставила Татьяну привстать, чтобы лучше видеть Сайку, стоявшую в воде уже по пояс, – она была грязной и как будто опутанной водорослями.
– Марина! – снова крикнула Сайка.
Марина, наклонившаяся за полотенцем, спросила, в чем дело, потом оглянулась – и закричала.
Услышав ее крик, Татьяна бросилась к озеру.
Тело Сайки облепили не водоросли. Это были пиявки.
Татьяна видела пиявок, живших в иле озера Ильмень, – они были длинными, жирными, черными, с сотнями крошечных зубков в полукруглых челюстях, и эти зубки впивались в кожу жертвы. Они безболезненно прикреплялись к ней – пиявка висела, держась зубами и дополнительно впиваясь анусом.
