На этот раз просьба была связана с риском. Требовалось выдернуть девушку лётчика и передать нужным людям, произойдёт инсценировка нападения в прифронтовой полосе. Будет всё шито-крыто. Бонус приличный полагался в размере двадцати пяти тысяч рублей. Отказаться было никак нельзя. Злобин быстро нашёл дело Красько, там всё понятно, зацепиться не за что. К слову сказать наградные документы ушли в Москву. Побывала девчонка в плену пару дней, но топить её не стали, а наоборот обвешают наградами. Стоило торопиться, пока из Москвы не пришло утверждение о наградах.
И Константин Афанасьевич рискнул. Он даже охранника взял одного, да водителя, и с утра прибыл в 73-й гиап. Поговорил с командиром полка. Уверил, что это не арест и даже не задержание, просто Евгения Красько уточнит кое-какие моменты. Поймали вражину, и она проведёт опознание, так как могла видеть его у немцев. Гладышев поверил, а особиста местного не было, он как раз уехал в Ростов. Всё складывалось как нельзя лучше.
Следователь ждал меня возле «Виллиса».
Я подошёл и поздоровался.
— Здравствуйте, Евгения Ивановна. Я следователь, старший лейтенант госбезопасности Злобин. У меня к вам просьба. Нужно проехать с нами, окажете помощь следственным органам.
Злобин улыбался, но вот что-то мне не нравилось в его выражении лица. Какое-то внутренне чувство предсказывало, идёт опасность от этого человека.
— И чем я могу помочь? — старясь выглядеть спокойным, спросил я.
— Проведём опознание одного предателя. Вы могли видеть его в Таганроге, а возможно и в Донецке.
Вы ведь лётчик, а значит у вас хорошая зрительная память. Даже если видели случайно сможете опознать.
— Хм. А если не опознаю?
— На нет и суда нет. Будем искать другие доказательства. Вот только пренебрегать возможностью поставить врага перед фактом не хочется. Вы уж посодействуйте. Я и с вашим командиром договорился.
— А зачем мне ехать с вами? Я могу прилететь на У-2. Кстати часто летаю и в Ростов, и в дивизию. Могу и в штаб армии прилететь.
— Дело в том, что место, где содержат предателя, далеко от аэродромов.
— Мне не нужен аэродром, я могу сесть на краю деревни.
— Не нужно упрямится Евгения Ивановна. Мирно и дружно всегда лучше решить вопрос. А можно и по-другому.
— По-другому, это как?
— Вы провели два дня в плену. Но мы не задаём ненужных вопросов. А кстати можем, даже ордер есть на такой случай. Зачем такие действия? Вы выручите меня сегодня. А завтра, возможно, я смогу помочь вам. Всё просто.
