«Старичок» вполне в пригодном состоянии. На таких все летали вначале войны. Командовал здесь старлей Носов.
— Ну что, будущие лётчики, кто-то желает начать первым? — весело спросил старлей.
Вызвался Тигран Абромян. Отлетал армянский орёл нормально. Даже комполка похвалил, он присутствовал здесь же.
— Молодец, взлёт посадка на отлично и машину ровно держал.
На что Тигран довольно улыбался. Меня вызвали седьмым по счёту.
— Давай покажи Красько, на что способна. А то я слышал ты хороший лётчик, — съязвил политрук, уже успел подтянуться сюда, «редиска» и нехороший человек.
Я молча подошёл к самолёту, техник помог мне одеть парашют. Я влез в кабину, осмотрел приборы. В школе мне довелось один раз полетать на таком «старичке». Ну что же, покажем класс будущего. Меня вдруг охватила какая-то эйфория и задор. Даже не знаю, как объяснить. Взлетел без ошибок, сделал коробочку. Ну и решил подтвердить свои слова о хорошем лётчике. А то как-то нехорошо получается, сказал значит надо делать. И я пошёл на фигуры высшего пилотажа.
Сделал для разминки «бочку», потом разогрелся на «мёртвой петле». «Колокол Ковчура» получился, хоть и с трудом. Фигуру пилотажа «Ранверсман» сделал на мой взгляд идеально, по-другому эту фигуру называют «горка». Закончил всё «плоским штопором». Причём выходить начал на семистах метрах. На выходе из штопора пролетел очень низко над аэродромом. Подозреваю там меня обложили трёхэтажным матом.
В это время на аэродроме.
— Во, Женька, даёт, — восхитилась Лида и девушки криками «ура» поддержали её.
— Где она так научилась? — задала вопрос вслух Попова.
— А ведь действительно хороший лётчик, — засмеялся особист.
— Во мать твою, коленца выдаёт! — выкрикнул техник.
— Ну-ну, — произнёс хмуро комполка, хотя уголками губ он улыбнулся.
Выбежало много народу, все с интересом смотрели на фигуры пилотажа. Когда я приземлился, подошёл к командиру с рапортом.
— Товарищ гвардии полковник, гвардии младший лейтенант Красько задание по учебному полёту выполнила, — чётко по-военному приложил ладонь к пилотке, улыбаясь до ушей.
Гладышев подошёл ко мне вплотную и грозно посмотрел на меня.
— Где летать так научилась, расскажешь? — спросил он.
— Я без ложной скромности талантливый лётчик, товарищ гвардии полковник.
— Хм, вот значит как? Но пока вы нарушитель, товарищ «талантливый лётчик». Самовольно приступили к выполнению сложных фигур пилотажа, рисковали машиной и собой. Объявляю вам двое суток ареста, — полковник явно сгоряча выдал мне «фитиля».
