Машина, говорите? Работающая как заведенная ради чужих, а не своих интересов? Не слишком привлекательное занятие для главы государства!
Теоретик. Вильгельм III, уже захвативший к тому времени английский престол и обнаруживший некоторые его особенности, был с Вами полностью согласен:
«Он сказал мне однажды, – вспоминал епископ Бёнет об одном из своих разговоров с принцем Оранжским, – что он понимает пользу республики, так же как и королевского правления, и невозможно определить, какое лучшее; однако он уверен: худшее из всех правлений – такое, при котором король – без денег и без власти» [Томсинов, 2010, с.
197]."
"Руководитель государственной машины, полностью зависящий от установленных не им законов, не обладает никакой властью. «... политической властью я считаю право создавать законы...» – пишет Локк уже в первой главе второго из «Двух трактатов». Изобретение, сделанное английской аристократией по итогам правления Карла II, заключалось в лишении государства (а вместе с ним и короля!) всякой реальной власти и превращения его в безличную машину для соблюдения законов.
Тридцати лет (с момента казни Карла I до начала обсуждения «Двух трактатов» в кругу Шефтсбери) оказалось вполне достаточно, чтобы английские аристократы на собственном опыте убедились в недостаточности гоббсовского изобретения. Какое-то время король помнит, кто посадил его на трон, но затем неумолимые законы Власти берут верх, королевская группировка усиливается, становится господствующей – и начинает уничтожать все остальные.
Для властных группировок единственным способом выжить в долгосрочном плане оказывается полное подчинение государства Закону, превращение в государственную машину, не имеющую возможностей стать самостоятельным субъектом Власти. С появлением такой машины борьба между группировками переносится с полей сражения в стены парламента, где обсуждаются и принимаются Законы.
Обычные же конфликты между группировками решаются государственной машиной[501] в формальном порядке:
[вступая в общество, человек] «...уполномочивает общество или, что все равно, его законодательную власть создавать для него законы, каких будет требовать общественное благо; он должен способствовать исполнению этих законов (как своим собственным установлениям).
