Жестом прервав его, Талейран отвечал: ""Ни слова! Я завтра скажу вам, кто мы""» [Грин, 2003, с. 219].
Нет никакого смысла оставаться на стороне действующего монарха, если победитель в любом случае будет набирать себе вассалов среди тех же самых придворных. Лучше заранее установить контакты со всеми потенциальными победителями, особенно с теми, кто ближе вам по своим стратегическим интересам.
Читатель. А второй вариант? Вы ведь говорили о двух вариантах карьеры?"
"Теоретик. Первый вариант хорош только в том случае, когда перспективы смены монарха реальны[222], что бывает нечасто.
..
Практик. Тут так и хочется вспомнить гениальную формулу российской власти, придуманную в XIX веке: в России неограниченная монархия, ограниченная цареубийством.
Теоретик. Ну, даже в России цареубийства удавались не чаще одного раза в 100 лет. Поэтому полезно иметь под рукой более надежный вариант; он заключается в том, чтобы самому отойти в сторону и прибегнуть к ресурсам своей группировки.
Если среди ваших вассалов найдется человек, близкий по интересам к правящему монарху, выгоднее продвинуть в фавориты именно его[223], обеспечив тем самым продвижение своих интересов. Именно этим способом в Англии начала XVIII века группировка Роберта Харли[224] взяла верх над казавшейся непобедимой группировкой герцога Мальборо[225].
Жена герцога Мальборо, Сара, с 1675 года была близкой подругой принцессы Анны; когда в 1702 году Анна унаследовала английский престол, она назначила Мальборо главнокомандующим английскими войсками (в Войне за испанское наследство), а его друга барона Годольфина[226] – лорд-казначеем (фактически первым министром) Англии.
Роберт Харли, занимавший в ту пору должность спикера палаты общин, возглавил оппозиционную Мальборо властную группировку (в которую входили и либералы, и консерваторы). Поначалу Харли пытался действовать политическими методами и даже вошел в правительство в качестве северного[227] госсекретаря (в 1704 году).
Однако события 1706 года, когда Мальборо через королеву Анну продавил назначение своего зятя, лорда Сандерленда, южным госсекретарем, продемонстрировали, что поддержка королевы значит больше, чем любые парламентские дебаты.
Тогда Харли прибег к помощи своей родственницы, Абигайль Мешем[228], которая с 1704 года входила в число фрейлин королевы.
