Вокруг нее женщины плакали, дети ревели от испуга, а она сделала несколько шагов вперед. – Отец, ведь это он был! Он, проклятый, чтоб ему провалиться да уж не вылезти!
– Верно, он, – согласился тот мужик, который расписывал превращение белки в сорок бобров. Теперь он выглядел не воинственно, а растерянно. – И как мы сами… Ведь умный был, гадина, ровно иной человек…
– Да разве ж мы знали! – загудели вокруг. – Да если бы кто ведал, что он оборачивается!
– Вы про что, люди добрые? – Зимобор огляделся, опираясь на рогатину.
Все вокруг дружно говорили о чем-то, что все хорошо знали, а он нет. – Да не бойтесь, не трону, я-то не оборотень! Кто – он?
– Да он, проклятый! – опять закричала та женщина. Среди всеобщего смятения она так осмелела, что говорила вперед мужчин. – Оборотень! Ведун наш! В позапрошлую зиму у нас медведь хлевы разорял, скотину драл, и нипочем ему тыны, запоры, собаки! И в прошлую зиму драл скотину, у нас в гнезде четыре коровы унес! Уж ловили его, ловили, и ямами, и самострелами, и так! Собак ломал…
– А Рыкошу нашего уж не он ли тоже задрал! – воскликнула пожилая баба в белом повое, и женщины загомонили вдвое громче.
– Задрал человека одного у нас, Рыкошу, из Сычевых зятьев, – пояснил подошедший Яробуд. – Не ори, Муравка, мужики сами князю все обскажут.
Женщина с красной бахромой смутилась и залезла обратно в толпу.
– Ну, дела, вяз червленый ему в ухо! – Зимобор помотал головой. – Ну так что, мужики? – Он качнул в руке рогатину и оглядел старейшин. – Даете мне белок или сами со своими медведями разбираетесь?
– Ну, вот что, княже! – Быстрень хлопнул в ладоши, будто сам с собой заключал договор.
– Ты оборотня раздразнил, проявиться заставил, он теперь зол на весь свет. Так ли иначе ли – ты уйдешь восвояси, а мы останемся. Уж теперь сделай так, чтобы оборотень нас не тревожил больше – ни мышей ни напускал, ни кошку свою, лихорадку, нам под окна не гонял, да и медведем чтоб не бродил по дворам. Ты его разозлил, твой и ответ. Избавишь нас от оборотня – дадим тебе по белке.
Правильно, народ?
Не слишком уверенно, но народ все-таки издал несколько одобрительных возгласов.
– Думается, это справедливо! – заметил Хотила.
– Идет! – Зимобор протянул руку сперва Хотиле, потом Быстреню, как двум главам волости. – Избавлю от оборотня, и клятвы дадим. Только вы, если сам не появится, искать его подсобите. А пока не появился, давайте праздновать!
Толпа загомонила громче и радостнее: все-таки собрались на праздник! – и повалила к святилищу.
