Сторожевой полк, передовой полк, «стена», засадный полк… Вот только как всем этим распоряжаться, когда все твои полки собраны на не слишком широкой луговине, где люди и кони вязнут в снегу, а вокруг лес, в котором ничего не видно? Пусть уж Секач сам делает, как считает нужным.
– Да надо пеших вперед пустить, пусть снег вытопчут, а потом уж конных! – долетало от кучки воевод."
"– Ну, давай я его обойду! Обожмем и задавим! А то он в лес отступит, и поминай как звали! Ну, я его зажму! – твердил Красовит.
Секач ответил со своей обычной грубой прямотой, и Избрана отвернулась, будто ничего не слышала.
Впрочем, на нее никто сейчас не смотрел. «Видишь? – вдруг подумала она, мысленно обращаясь к зеркалу, а имея в виду Зимобора. – Вот они тут что творят. А все ты!»
Из перелеска послышался звук боевого рога. Полочане, не устрашенные численным превосходством смолян, собирались принять бой. Впрочем, это никого не удивило: на их месте смоляне поступили бы так же, а давние противники обвиняли друг друга в чем угодно, но только не в трусости.
– Ты бы отошла, княгиня. – Благовид, все с тем же добродушным лицом, которого не мог изменить даже шлем, тронул Избрану за локоть. – А то еще стрельнет какой-нибудь чурбан…
Избрана не ощущала в себе глупого желания скакать впереди полков с тяжеленным мечом в руке, поэтому кивнула и направила коня назад, к опушке. Войско уже выдвинулось, на истоптанном снегу вокруг нее осталась только дружина Хедина.
– Ей, крутолобые! – весело кричал спереди какой-то кметь из Красовитовой дружины.
– Что отстали? Потом добычу делить не пустим!
Варяги на этот раз предпочли сделать вид, что не поняли. А Избрана сердито поджала губы: добычу еще добыть надо!
Из-за рощи показалось полотеское войско. Несколько десятков человек неровной и не слишком грозной толпой, неуклюже переваливаясь в снегу, выкатились на открытое место, и Избрана все не могла убедить саму себя, что это – начало настоящей битвы.
Секач крикнул, в полочан полетели стрелы.
Те вскинули щиты и ускорили шаг. За спинами передних появлялись все новые и новые фигуры, по примятому снегу бежать было легче, и казалось, что там, за лесом, сорвалась какая-то лавина и теперь эти фигурки в шлемах и со щитами будут катиться и катиться, бесконечные, как речные волны… На открытом месте перед рощей их уже было много, все выглядели одинаковыми и проворными, как муравьи. Избране стало жутко, захотелось немедленно остановить все это.
