– Он служит не за деньги, он служит деньгам!
– Он служит мне! И не пытается решать за меня! И я не понимаю, почему мы стоим здесь ночью в лесу и обсуждаем моих людей! – закричала Избрана, окончательно выведенная из терпения. – По какому праву ты не даешь мне пройти! Прочь с дороги, Хродгар ярл!
– Я никуда не уйду! – закричал в ответ Хродгар, уже не пытаясь сохранять внешнюю сдержанность. – Ты собираешься меня предать!
– Я собираюсь тебя спасти, болван! Хоть ты сын конунга и великий герой, не думаешь же ты, что твои двести человек смогут победить две тысячи!
– Я не знаю, смогут ли они победить две тысячи, но я приносил тебе клятву верности! И я от нее не отступлю! А клятва верности означает, что если тебе суждено погибнуть, то я погибну раньше тебя! И вся моя дружина тоже! А если случится иначе, то я буду опозорен на весь мир! Про меня скажут, что я трус, рохля, разгильдяй, что я прикрылся женщиной, что я позволил своей повелительнице погибнуть, чтобы спасти мою жалкую шкуру! Мне останется только броситься на меч! Весь мой род будет опозорен, память моего отца будет опозорена, всем ётам будут плевать в глаза! И этот дурень Флоси… – Хродгар сглотнул, словно имя ненавистного брата встало ему поперек горла.
– Он-то заслужил, трусливая сволочь! Но я не могу опозорить мой род! Я служу тебе, потому что обещал защищать тебя от любой опасности, пока я жив! А ты хочешь опозорить меня! Это предательство! Это нарушение нашей взаимной клятвы! И я не сойду с этого места! Если понадобится, я силой отнесу тебя назад в город! Так что лучше иди сама!
– Ты не имеешь права мной распоряжаться! – Избрана опешила.
С таким понятием о взаимной верности князя и дружины она сталкивалась впервые.
– Имею! В тех границах, которые очерчены нашей клятвой. Я имею право защищать свою честь! А сейчас моя честь и твоя безопасность – одно и то же. И если у тебя помутилось в мозгах, то я скорее выполню свой долг, если заставлю тебя делать по-моему, чем разрешу тебе совершать безумства!
Избрана помолчала и даже оглянулась в поисках дерева, к которому можно было бы прислониться.
Она мало что поняла, и рассуждения Хродгара показались ей нелепыми, но как его переубедить, она не знала. У нее больше не было сил. Ей было довольно трудно решиться на то, чтобы отдать себя в руки Зимобора, но и за это сомнительное право еще нужно бороться! И с кем!
– Но пойми же ты… – устало начала она, не представляя, что и в каких словах ему объяснить.
