Но разве может она их защитить? Даже если она сама возьмет меч и сядет на коня…
Конь Марены… Женщина на коне Марены… Как-то так грозил ей старый Громан, давно сгнивший, надо думать, в порубе. Если она возьмется за оружие, как он говорил, то на коне ее поедет сама Мать Мертвых.
Но дружина Хродгара и все ополчение, которое удастся собрать, никогда не одолеют смолянское войско. Плесковцы погибнут напрасно и не спасут ни ее, ни себя.
Оставался только один выход, и Избрана ясно видела, что он действительно единственный.
Она должна бежать, но не за море, а туда, к Зимобору. Бежать немедленно, сейчас же, пока не прошла ночь, потому что на рассвете он наверняка поведет своих людей на город. Ему нужна она, его сестра-соперница. Пусть он ее получит. Пусть он выдаст ее замуж хоть за Пепелюху-водовоза, косоглазого холопа-полудурка, пусть загонит ее хоть в самый глухой лес, пусть хоть голову ей отрубит! Но тогда у него не будет больше причин разорять Плесков. Она поставит условие, чтобы он немедленно увел войско назад, и Зимобор согласится.
Избрана хорошо знала миролюбие брата, которое так часто казалось ей глупым, но сейчас в этом было спасение Плескова.
Она развернулась и пошла вдоль заборола к башне, где была лестница во двор.
– И правильно, княгиня! – одобрил десятник Громша, когда она проходила мимо. – Только зря мерзнешь тут, а если кто появится, неужели мы не увидим? Иди отдыхай, если что, мы сразу к тебе пошлем.
Избрана спустилась по лестнице и прошла через двор к воротам.
– Княгиня! – изумился тамошний дозорный и окликнул своего десятника. – Травко, ты где? Тут княгиня пришла!
– Нечего кричать, открывай ворота, – велела Избрана. – Мне нужно выйти.
– Зачем? – Изумленный десятник оправлял пояс и плащ, и видно было, что он не верит своим глазам. – Княгиня, куда ты?
– Не твое дело. В святилище, – подумав, добавила Избрана, понимая, что хоть какое-то объяснение дать надо.
– Одна? Ночью?
– Раз иду, значит, нужно! – Избрана строго взглянула на него.
– Не твое дело, Травко, рассуждать, куда и когда княгине идти! Твое дело ворота сторожить и открывать, когда прикажут!
– Да я разве… Только как же ты одна пойдешь? Княгиня! Да мало ли что! А если эти подойдут! Белуга, буди Стожара, идите вдвоем – проводите княгиню!
– Не нужно меня провожать.
– Ну…
Тем временем ворота открыли, Избрана вышла, но Белуга и Стожар потянулись за ней.
