Мы устроились за прилавком и принялись за работу – очищали раковины от песка и водорослей, проверяли, все ли мидии живы и свежи. Работа была монотонной, но успокаивающей, и постепенно напряжение, вызванное визитом Тобиаса, начало отпускать.
– Можно задать вопрос, госпожа Лесса? – неожиданно спросил Марк, не отрываясь от своего занятия.
– Конечно, – кивнула я. – И, пожалуйста, называйте меня просто Лесса. Мы же партнёры теперь.
– Хорошо… Лесса, – он запнулся, видимо, непривычно было обращаться так к женщине не своего социального круга.
– Я просто хотел спросить… Говорят вы не всех узнаете. Тех, кто знал вас до…
Он недоговорил, но я поняла, о чём он. До попытки самоубийства.
– Да и это странное чувство, – честно ответила я. – Это… сбивает с толку.
Марк кивнул, словно именно такого ответа и ожидал:
– Понимаю. Когда я вернулся из долгого плавания пять лет назад, всё казалось другим. Или это я стал другим… Не знаю. Но мне было трудно найти общий язык даже с близкими друзьями.
– Что случилось во время того плавания? – спросила я, заинтригованная его словами.
– Наш корабль попал в шторм. Из пятнадцати человек экипажа выжило только трое. Я провёл десять дней на обломке мачты, прежде чем меня подобрало торговое судно. Доктор сказал, что это чудо, что я не умер от жажды и истощения.
– Мне жаль, – тихо сказала я, представляя его отчаяние в те страшные дни. – Это, должно быть, было ужасно.
– Было, – он снова вернулся к чистке мидий. – Но знаете что странно? Иногда я думаю, что тот Марк, который отправился в плавание, действительно умер.
А я… я кто-то другой, кто просто помнит его жизнь.
– И как вы с этим справились? – спросила я, ощущая как меня пробрала дрожь от этих слов.
– Постепенно, – пожал плечами Марк. – Перестал цепляться за прошлое. Принял то, что изменился, и пошёл дальше. Построил новую жизнь, новые отношения. – Он поднял глаза и посмотрел на меня прямо и открыто. – Мне кажется, вы делаете то же самое, Лесса.
И у вас неплохо получается.
В его взгляде было столько тепла и понимания, что у меня перехватило дыхание. В тот момент я вдруг поняла, что Марк, возможно, единственный человек в этом городе, кто действительно мог понять то, через что я прохожу.
– Спасибо, – тихо сказала я. – За мидии, за помощь… и за то, что поделились своей историей.
– Всегда пожалуйста, – он улыбнулся, и его суровое лицо преобразилось, став почти мальчишеским.
