Кстати, ставших на Западе главными «европейскими ценностями».
Фарниев предложил сообщить о своих выводах Строганову, чтобы тот выяснил, кто в СКБ посоветовал использовать «семью» Убегаева в качестве экспертной группы, и Велиарий Анатольевич согласился встретиться с директором без свидетелей. Вполне вероятно, что и в Коскоре работали если не родственники Шнайдера, то приятели.
Пока заместители и разработчики операций возились с Хильдой и запускали в эфир слухи о переносе «информационных мощей Мертвеца» с Земли на Харон (выбрали именно этот спутник Плутона ради исключения потерь среди мирного населения Солнечной системы при атаке своры Вестников), Головин улучил момент, чтобы переговорить со Строгановым в его кабинете, объяснив ему суть такой конспирации.
Директор Коскора не зря слыл человеком железной воли и искромётной сообразительности. Он тут же начал договариваться с директором российской Службы космической безопасности Шаховым о привлечении сотрудников Коскора к расследованию инцидентов в Лахта-центре и на Венере.
После чего как бы невзначай осведомился о назначении группы Убегаева на фрегат «Дерзкий».
– Это наш лучший специалист по ксенопсихологии, – отмахнулся Шахов, средних лет, безволосый, с мешками под глазами (недавно ему вырастили второе сердце). – Мы не знали, что его помощница Бауэр является двоюродной племянницей Шнайдера.
– Вы сами их рекомендовали? – спросил Строганов.
– Конечно нет. Убегаева посоветовал взять экспертом мой зам по персоналу Ульрих Меттер.
– Немец?
Шахов озадаченно пригладил брови пальцем; волосы бровей у него были жиденькие, но длинные, и вместо того чтобы раз и навсегда привести их в порядок, директор СКБ приглаживал торчащие волоски.
– Да, немец.
– Исидор Поликарпович, со всем уважением, не сочтите за дерзость, но прикажите своим парням проверить Меттера на предмет связи со Шнайдером и составить полный психологический портрет.
– Зачем? Мы проверяли его, когда брали на службу. Компромата на него нет.
– Может быть, и нет, но в таких делах случайных совпадений не бывает, и лучше перебдеть, как говаривал Козьма Прутков триста лет назад, чем недобдеть и получить нож в спину.
Шахов пожевал губами, размышляя над словами главы Коскора, но, к облегчению Головина, присутствующего при разговоре ВИПов, согласился с предложением Строганова.
– Хорошо, контрразведка займётся им.
– Держите меня в курсе, пожалуйста.
– Ещё раз пройдитесь по вашему плану.
