Роб перевернул бочку, вытряхнул из нее все, проверил каждое яблочко, откладывая в сторону те, которые не испортились.
Такие плотные, кругленькие…
Вспомнив, как Цирюльник помог ему жонглировать яблоками и научиться ловить их не поранившись, Роб подбросил три яблочка – хоп-хоп-хоп.
Поймал. Снова подбросил, на этот раз повыше, и успел хлопнуть в ладоши, прежде чем поймать их.
Взял еще два яблока, подбросил в воздух все пять, но они – право, удивительно! – столкнулись и попадали на пол, немного забрызгав его соком.
Роб застыл на месте, не зная точно, где сейчас Цирюльник. Он не сомневался, что снова отведает кнута, если хозяин увидит, как он портит продукты.
Но окрика из соседней комнаты не последовало.
Роб стал складывать крепкие яблоки обратно в бочку. Попытка удалась неплохо, сказал он себе. И время он, кажется, рассчитал лучше.
Он выбрал еще пять яблок подходящего размера и подбросил их вверх. На этот раз почти получилось, только он слишком сильно волновался, и яблоки полетели вниз, словно их сдуло с дерева порывом осеннего ветра.
Он поднял яблоки и снова подбросил. Роб метался по всему помещению, дергался, никакой приятной глазу плавности в движениях, но теперь все пять яблок взлетели и попали в его руки, и снова взлетели, будто их было всего три.
Вверх-вниз и снова вверх-вниз. И снова, и снова.
– Ах, мама! – воскликнул он с дрожью в голосе, хотя много лет спустя мог и усомниться в том, что она имела к этому отношение.
Хоп-хоп-хоп-хоп-хоп!
– Цирюльник, – позвал он, не решаясь кричать.
Дверь отворилась. Через миг он уронил все яблоки, и они рассыпались повсюду.
Подняв голову, он съежился, потому что Цирюльник спешил к нему, подняв руку.
– Я все видел! – закричал Цирюльник, и Роб оказался в его радостных объятиях, которые можно было сравнить с самой добросовестной хваткой медведя Бартрама.
8. Потешник
Наступил и минул Страстной Четверг, а они пока не трогались из Эксмута – надо было обучить Роба всем тонкостям искусства развлекать публику.
Сначала отрабатывали парное жонглирование – это Робу очень понравилось с самого начала, и он быстро добился больших успехов. Потом перешли к фокусам, основанным на ловкости рук, что по трудности можно было сравнить с жонглированием четырьмя шариками.
– Фокусникам не дьявол помогает, – наставлял его Цирюльник. – Фокусы – это чисто человеческое искусство, и в нем совершенствуются тем же путем, каким ты освоил жонглирование.