С отцом Мирдина он не был знаком, но о семье Аскари, торговцах жемчугом из Маската, слыхал. Так они и называли друг другу то одно имя, то другое, пока не дошли до четвероюродного брата Нафтали, с которым Мирдину довелось когда-то встречаться. Обе стороны остались удовлетворены – нашлись общие знакомые.
– А вы с севера едете? – поинтересовался Мирдин.
– Ездили в Мултан. Так, одно небольшое дельце, – проговорил Нафтали с таким удовольствием, что было ясно: сделка крупная и выгодная. – А вы куда путь держите?
– В Мансуру.
Дела, знаете ли – немного того, немножко этого, – ответил Роб, и собеседники с уважением закивали. – Вам хорошо знакома Мансура?
– Очень даже хорошо. Да мы ведь минувшую ночь провели там, у Эзры бен Хусика, который торгует перцем. Весьма достойный человек, принимает всегда с большим радушием.
– Стало быть, вы и гарнизон тамошний видели? – спросил Роб.
– Гарнизон? – Нафтали посмотрел на них озадаченно.
– Сколько в Мансуре размещено воинов? – тихо спросил Мирдин.
До Нафтали стал доходить смысл вопроса, и он в испуге отпрянул.
– Мы в такие вещи не вмешиваемся, – произнес он чуть слышно, почти шепотом.
Они отправились своей дорогой – через минуту, понял Роб, будет уже поздно. Пора преподать им урок доверия.
– Вам не стоит ехать слишком далеко по этой дороге, если хотите остаться живыми. И в Мансуру вам возвращаться нельзя.
Побледнев, они дружно уставились на него.
– Так куда же нам ехать? – растерянно спросил Нафтали.
– Уведите животных с дороги и спрячьтесь в лесу.
И не высовывайтесь очень долго – пока не услышите, как мимо проходит великое множество воинов. Когда они пройдут все, выходите на эту дорогу и гоните что есть духу в Ахваз.
– Мы вам признательны, – уныло отозвался Нафтали.
– А нам безопасно ли приближаться к Мансуре? – спросил его Мирдин.
Торговец пряностями кивнул:
– Здесь привыкли к торговцам-евреям.
Робу этого было мало. Он вспомнил о языке жестов, которому Лейб обучил его еще на пути в Исфаган, о тех тайных знаках, которыми обменивались еврейские купцы на Востоке, чтобы вести дела без разговоров.
Он протянул вперед руку и повернул: «Сколько?»
Нафтали пристально посмотрел на него. Положил правую руку на левый локоть – сотни. Потом показал все пять пальцев. Согнул большой палец левой, остальные тоже раскрыл и положил на правый локоть. Но Робу надо было удостовериться, что он понял правильно.
– Девять сотен воинов?
Нафтали кивнул.
– Шалом, – сказал он язвительно, но без враждебности.
