Карим заставил их упражняться, держа в каждой руке по тяжелому камню, поднимать и опускать их, одновременно поворачивая то перед собой, то за спиною, чтобы развить в запястьях силу и проворство.
Мирдин был не очень-то хорошим атлетом, фехтовальщик из него не получался. Но к собственной неуклюжести он относился с улыбкой, а сила его разума была так велика, что умение фехтовать рядом с нею мало что значило.
С наступлением темноты Карим их покидал. Он вдруг перестал приглашать Роба в веселые дома – признался, что у него начался роман с замужней женщиной, в которую он страстно влюбился.
Зато Мирдин все чаще и настойчивее приглашал Роба на ужин к себе, в комнаты близ «Дома Сиона».
Однажды Роб с удивлением заметил, что на крышке большого сундука у Мирдина изображено такое же разделенное на клетки поле, какое он до сих пор видел всего два раза.
– Это у тебя шахская игра?
– Да. А тебе она знакома? В моей семье испокон веку в нее играют.
Фигуры у Мирдина были деревянные, но игра – та самая, в которую Роб играл с Ала-шахом.
Разница состояла в том, что Мирдин не стремился сразу же разбить противника наголову, а стал учить Роба. Вскоре под его заботливым руководством Роб начал схватывать смысл тонких комбинаций.
В доме у Мирдина он был свидетелем тихих семейных радостей. Как-то вечером, поужинав овощным пловом, который приготовила Фара, Роб пошел вместе с Мирдином пожелать спокойной ночи шестилетнему Иссахару.
– Авва172, видит меня сейчас Отец наш Небесный?
– Конечно, Иссахар. Он всегда видит тебя.
– Почему же тогда я Его не вижу?
– Он недоступен взгляду.
Щечки у мальчика были пухлые, смуглые, а глаза смотрели серьезно. Зубы и челюсть уже немного великоваты – будет некрасивым, как и отец, но таким же милым.
– Но если Его нельзя видеть, откуда же Он знает, как сам выглядит?
Роб улыбнулся. «Устами младенцев…» – подумалось ему. Что ж, ответь, о Мирдин, знаток обычного и письменного права, мастер шахской игры, философ и целитель…
Мирдина вопрос не смутил.
– В Торе сказано, что Он сотворил человека по своему образу и подобию.
Значит, стоит Ему взглянуть на тебя, и Он видит свое отражение. – Мирдин поцеловал сынишку. – Доброй ночи, Иссахар.
– Доброй ночи, авва. Доброй ночи, Иессей.
– Крепкого сна тебе, Иссахар, – сказал Роб, поцеловал мальчика и вслед за другом вышел из спальной комнаты.
49. В пяти днях пути к западу
Из Анатолии пришел большой караван. Один погонщик явился в маристан с целой корзиной сушеных ягод инжира – для еврея по имени Иессей.
