К тому же надо ежедневно тщательно чистить ногти, ибо сказано в Коране, что под ногтями прячется шайтан. – Ибн Сина откашлялся. – Те, кто переживет чуму, не должны сразу возвращаться в Исфаган, дабы не занести заразу сюда. Вы отправитесь в дом, что стоит у Скалы Ибрагима, это в одном дне пути к востоку от города Наина и в трех днях к востоку отсюда. Там вы месяц будете отдыхать и лишь после этого вернетесь в Исфаган. Это понятно?
Все кивнули.
– Понятно, господин, – дрожащим голосом ответил за всех хаким Фадиль ибн Парвиз как старший в отряде.
Юный Ала молча всхлипывал. На красивом лице Карима Гаруна лежала тень дурных предчувствий. Наконец заговорил Мирдин Аскари:
– У меня жена и дети… Я должен сделать необходимые распоряжения. Чтобы быть уверенным: они будут обеспечены, если…
Ибн Сина кивнул в ответ:
– Те из вас, у кого есть свои семьи, имеют всего несколько часов, чтобы сделать все необходимые распоряжения.
Роб даже не знал, что Мирдин женат и имеет детей.
Его товарищ-еврей был скрытен, ни от кого не зависел, уверенный в своих силах как на лекциях, так и в маристане. Но сейчас он беззвучно молился, только чуть шевелились побелевшие губы."
"Роб Джереми не меньше других был напуган предстоящей поездкой, из которой вполне можно было и не вернуться, однако старался собрать все свое мужество. «По крайней мере, – утешал он себя, – в таком случае больше не придется выполнять обязанности тюремного лекаря».
– Еще одно, – сказал Ибн Сина, глядя на них, как отец на сыновей.
– Вы обязаны вести подробные записи для тех, кому придется бороться с такой же эпидемией в будущем. И оставить эти записи там, где их отыщут, случись что с вами.
На следующее утро, едва первые лучи солнца окрасили багрянцем верхушки деревьев, копыта их коней простучали по мосту через Реку Жизни. Каждый из восьмерых сидел на добром коне, а в поводу вел либо вьючную лошадь, либо мула.
Через недолгое время Роб предложил Фадилю, чтобы один человек скакал впереди как дозорный, а другой ехал бы позади, отстав от остальных, для охраны тыла.
Молодой хаким сделал вид, что обдумывает это предложение, а потом прокричал соответствующий приказ.
Зато вечером он сразу согласился на предложение Роба выставлять сменяющихся по очереди часовых, как это было заведено в караване керла Фритты. Сидя вокруг костра, в котором горели ветки боярышника, они по очереди то оживлялись, то впадали в уныние.
