На всякий пожарный случай запомнил фамилию того самого дежурного у телефонного аппарата, которому напрасно изливал свою боевую душу.
– Да, – улыбнулся Марковцев, – избавил ты себя от новой поговорки: «Вы прослушали четыре маленьких пьесы для фортепиано. Где вас черти носили?»
– Это еще не все, – сообщил Резаный. А Марк справедливо подумал: если этому парню вспороть живот, из него не кишки полезут, а слова. – Потом опубликовали звонки – обхохочешься. Мой тоже. – В восклицании легионера просквозила неприкрытая гордость: местная знаменитость, что ты! – Ну мой-то ладно, а вот один чудак спросил: «Что можете предложить?» Ему отвечают: «Войну в Афганистане».
Он: «Ну святое, блин, дело!» Другой, обеспеченный москвич, кажется, имеет свой мебельный комбинат, тоже решил в наемники податься. Ностальгия, говорит, заколебала, как вспомню Джелалабад… И вообще жизнь в Москве достала. А еще один подвизался воевать против американцев: «Дебил на дебиле». Мне, говорит, любить их не за что. А ты воевал в Афгане? – без перехода спросил Резаный.
– Ага, – подтвердил Сергей. – 81 – 83-й. Сразу после училища. От Саланга и дальше.
– Дальше – это как? – не понял собеседник.
– До Анголы, – все так же туманно ответил Марковцев, познавший в свое время и жуткий холод Гиндукуша, и близость палящего зноя пустыни Намиб в Африке. – Так ты последний? Я за тобой. – И не удержался от похвалы: – Отличная агитационная работа, братишка.
17
Щедрин буквально обалдел, когда увидел шагнувшего в контору Марка.
Журналисту хватило ума без лишних жестов остаться на месте. «Хотя бы предупредил…» – простонал Алексей. Видеокамера в секретной комнате снимала его побледневшее лицо, подрагивающие губы и руки. Вдобавок ко всему задрожал голос, когда Щедрин отвечал на приветствие незваного клиента:
– Добрый день.
Марковцев несколько секунд не отрывал взгляда от консультанта. Присев, выложил на стол пачку сигарет и зажигалку.
– Курите, – поспешно разрешил Щедрин, пододвинув на край стола керамическую пепельницу.
«Что делать?» – матерился про себя Алексей. Единственный выход – подгонять Марка под вербовку. И не дать вставить ни одного лишнего слова. Он уже намекнул, во всяком случае, постарался намекнуть Сергею об опасности, называя его на «вы». Обалденный, конечно, маяк.
– Вы военный? Ищете работу по специальности?
– Бывший военный.
«Отличный ход!» – злился журналист, подумывая забраковать матерого диверсанта по возрасту.
