Когда Данте ушел, сердцу Теллы удалось сделать несколько дополнительных ударов, почти вернувшись к нормальному ритму. Если бы Джекс не проклял ее, оно колотилось бы сейчас так громко, что было бы слышно во всех уголках Модного Магазина Минервы.
Выгнав нарушителя спокойствия, швея снова расплылась в улыбке и поставила на маленький столик, который Телла не заметила, угощение, состоящее из кусочка торта и бокала вина. Вела себя эта женщина так, будто ничего особенного не случилось, но Телла не могла не задаться вопросом, сообщит ли она Джексу о произошедшем.
Во всяком случае, болтала она о нем непрестанно. Заставив Теллу встать посередине комнаты, швея принялась подгонять платья по фигуре. Увы, ни в одном из них не обнаружилось спрятанного оружия. Однако нельзя отрицать, что все наряды были потрясающей красоты: материи меняли цвет на солнце, а накидки были прошиты нитями из звездной пыли, чтобы переливаться и сверкать в ночи.
По словам швеи, самых лучших творений Телла еще не видела. Женщина вышла в коридор и, вернувшись через мгновение, вкатила трехъярусную серебряную тележку.
Телла так и ахнула. Хоть она и ненавидела Джекса столь сильно, что хватило бы на тысячу разъяренных фурий, не могла не признать, что он мог ослепить, когда хотел.
Тележка была завалена обилием масок, корон и накидок, изготовленных из кожи, драгоценных металлов и тончайших тканей. Каждая вещь идеально подходила ей по размеру и стоила целое состояние. Некоторые были отделаны перьями, другие – драгоценными камнями и полированным жемчугом.
Все было невероятно красивым, как сокровища из волшебного кошмара, которым, как она предполагала, и был Джекс.
Швея гордо улыбнулась.
– Его высочество хотел, чтобы у вас был большой выбор маскарадных костюмов для кануна Дня Элантины. Только будьте осторожны: поскольку все было сделано специально для вас, на некоторых масках еще не высохла краска.
Телла приблизилась к сверкающей тележке. Раньше у нее никогда не было повода наряжаться подобным образом.
На ее родной Трисде рождение императрицы отмечали всего один день, но в Валенде и канун Дня Элантины праздновали с большим размахом: люди одевались в маскарадные костюмы и притворялись персонажами легенд и сказаний.
Считалось, что правящие монархи произошли от самих богов и богинь судьбы, поэтому, по слухам, в канун дней их рождения Мойры на одну ночь возвращались на землю, чтобы оценить, достоин ли правитель оставаться на троне еще один год.
