– Я еще раз проверю, не найдется ли свободной комнаты, – сказала она. – Все занято в связи с праздничными мероприятиями, но, возможно, кто-то из приглашенных не приехал.
Как только она ушла, Данте снова повернулся к Телле, наклонившись поближе, чтобы никто из любопытствующих слуг не смог подслушать:
– Не спеши меня благодарить.
Именно так Телла и хотела поступить, но после подобной реплики заподозрила, что Данте вовсе не одолжение ей сделал, а совсем наоборот.
– Никак не пойму, то ли ты только что спас меня, то ли поставил в еще более неловкое положение.
– Я нашел тебе комнату, не так ли?
– И также приписал мне раздражительного жениха.
Он приподнял уголок губ.
– А ты бы предпочла притвориться моей невестой? Сначала я так и хотел сказать, но подумал, что это будет не лучшим выбором, поскольку… Что ты тогда наговорила своей сестре? – Он задумчиво постучал пальцем по гладкому подбородку. – Ах да! Цитирую: «Это было ужасно, худшие поцелуи в моей жизни, повторения которых я определенно не жажду!»
Телла почувствовала, что бледнеет.
Кровь Господня! Нет у Данте ни стыда, ни совести.
– Ты подслушивал!
– Мне не пришлось этого делать, поскольку ты изъяснялась довольно громко.
Телла хотела было сказать, что не имела этого в виду – неужели он не понимает? – но ей вовсе не хотелось поощрять и без того раздутое самомнение Данте.
– Так, значит, теперь ты мне мстишь?
Он склонился к ней еще ближе, и Телла поняла, что на смену насмешливости пришло иное, куда более глубокое, темное и опасное чувство.
Он подчеркнуто медленно провел своим теплым пальцем по ее ключице, отчего у Теллы сбилось дыхание. И все же она не отстранилась, даже когда его глаза оказались почти на одном уровне с ее, так близко, что она почувствовала трепет его ресниц.
– Давай считать, что теперь мы квиты. – Данте приблизил губы к уголку ее рта, но за мгновение до касания отстранился. – Ох, нет. Я бы не хотел повторять столь неприятное для тебя действо.
Не говоря больше ни слова, он важно удалился, и Телла, глядя ему вслед, заметила, что его широкие плечи трясутся, будто от смеха.
Она почувствовала себя обманутой. После того, что только что сделал Данте, квиты они точно не были.
Через несколько быстрых ударов сердца вернулась главная смотрительница и, натянуто улыбнувшись, объявила:
– Кажется, у нас есть свободные покои в золотой башне Элантины.
Телла судорожно сглотнула. Возможно, Данте все-таки оказал ей услугу.
