А теперь Куб остался практически беззащитен и Мора ничего не могла с этим поделать без потерянных Геномов. Чтобы сохранить их, Заклинательница не меняла носитель очень много лет, доведя тело до терминальной стадии. А теперь она страдала и мучилась, потому что смысл существования оказался утрачен — скорее всего, жизнь в ней поддерживало только осознание долга, который никто кроме нее не способен выполнить.
Я ощутил жалость и невольное уважение к этой маленькой старой женщине. Мало кто даже из Инков пошел бы на такие жертвы.
— Прости, Мора, — сказал я, — Я не знал.
— Словами ничего не изменишь! — фыркнула Заклинательница, — Так зачем ты звал меня?
— Помнишь Кошку, с которым мы говорили на скале?
— Старого прохвоста? — подозрительно прищурилась Мора, — Трусливого торговца личинами? Я никогда не забываю врагов.
— Не так давно ты сказала мне, что знаешь, кого он ищет, — медленно произнес я, — Мне нужно знать, чью душу Кот хочет освободить из Куба?
Глава 18
— Что ты задумал? — подозрительно прищурилась Мора, — Хочешь поторговаться с Кошками? Снять Печати?! Знай — к Кубу ты пройдешь только через мой труп!
— Если ты потеряла силу, с Кубом все равно придется что-то решать, — я спокойно транслировал «Повелителем Стаи» свою уверенность, — Или это сделаем мы, или Печати снимут наши враги.
— А ведь ты действительно возродился, — прошипела Мора, не сводя с меня злого прищуренного взгляда. Ее холодная аура полностью замкнулась в моем давящем пси-поле и внезапно пришло понимание, что сейчас я намного сильнее.
— Обретаешь прежнее могущество. Но тот Прометей был иным. Что с тобой не так, Инкарнатор Грэй?
— Просто скажи, кого ищет Кот?
— Свою подружку, конечно! Ткачиху! — Заклинательница как будто выплюнула это имя.
— Кто она? Что из себя представляет?
— Та еще тварь. Я один раз видела ее вживую, — Мора нервно облизнула тонкие губы, — Сущий ангелочек с виду, но могла свести с ума целый город. Ткачиха умела вызывать и овеществлять чужие сны. Делать кошмары реальностью. Могла мгновенно усыпить жертву, а затем убить, заставить покончить с собой, или натравить на своего друга.
— Суперпсионик?
— Нечто вроде того. Эта сладкая парочка стояла у истоков клана Кошек. Никто не знает, откуда они взялись, но в первое столетие после Импакта натворили немало всякого дерьма. Вместе с этим хитрожопым дьяволом они были чрезвычайно сильны, недаром ты даже их души разделил разными Печатями."
"— Кот сбежал из-под Омеги, а она сидит под Альфой, — задумчиво сказал я.
