Дииииииииинь-диииииииииииинь-диииииииииииииииинь!
Андерс зажал уши руками, отбросил плащ и прижался к стене, хотя едва ли понимал, от чего прячется. Через десять секунд колокол внезапно умолк, и он медленно опустил руки, сердце бешено колотилось, дыхание участилось.
Лисабет поспешила к нему."
"— Все в порядке, это колокольчик, который я тебе показывала, он для смены уроков, — сказала она, поднимая его плащ и протягивая руку к вешалке. — Это происходит каждый час. Прости, я должна была объяснить подробнее.
Это система артефактов… дежурный профессор или старший студент звонит в один колокол, который мы видели, и все остальные идут в соответствии с ним, где бы они ни находились в Академии.
Андерс отошел от стены, щеки его горели, он чувствовал себя глупо. По крайней мере, Лисабет не смеялась над ним.
— А сейчас у нас есть занятия? — спросил он, измученный самой мыслью.
— Нет, ужин, — сказала Лисабет. — Пойдем, я покажу тебе дорогу.
Они закрыли дверцу шкафа, и девушка повела его по коридорам Академии, где ребята присоединились к группам других студентов, направляющихся туда, где, как подсказал ему нюх, должна была располагаться столовая.
— Спасибо, что показала мне дорогу, — заставил он себя сказать, и Лисабет довольно улыбнулась. Хорошо. Если бы он смог подружиться с ней, возможно, она не заподозрила бы неладное, когда он ускользнет, чтобы попытаться украсть амулет для Рейны. Он уже задавался вопросом, как же он будет справляться с этим в перерывах между тренировками, занятиями и едой.
Они присоединились к очереди и через большую арку прошли в обеденный зал. Это была огромная комната с низким потолком и длинными столами, за которыми сидело около двухсот человек, большинство из которых, казалось, производили как можно больше шума. Они были столь же разнообразны, как и любая толпа в Холбарде, и самый молодой, казалось, был ровесником Андерса, самому старшему было около восемнадцати или около того, вместе с небольшим количеством взрослых.
В конце соседнего стола мальчик и девочка их возраста помахали им, чтобы привлечь внимание, и Лисабет помахала в ответ.
— Они оставили нам места, — сказала она. — Давай что-нибудь поедим.
Она подвела Андерса к краю комнаты, где его ждали наполненные блюда, и протянула тарелку. Его желудок сжался от внезапного голода, когда запахи поднялись навстречу, а рот наполнился слюной, когда Андерс последовал за ней вдоль мисок и блюд.
