Он вздохнул и попробовал снова. — Рейна — моя сестра. Я пришел, потому что вы… — Стая и лапы, сказал тихий голос в его голове. Просто скажи это. — Потому что вы похитили ее, — сказал он громче, чем хотел.
— Мы спасли ее, — крикнула Лейфу женщина с другого конца стола. — Она была под атакой!
— И она не твоя сестра, — добавил мужчина с густой бородой. — Это невозможно.
— Как удобно, — тихо сказал Лейф, и Андерс заметил, что все замолчали, когда он заговорил, — что у нас есть эксперт по невозможному. Сейчас нам нужно ответить на более важные вопросы.
Андерс, сколько еще волков придет?
Какая-то часть Андерса отчаянно хотела блефовать… хотела сказать драконам, что каждый волк в Ульфаре сидит у него на хвосте. Но они скоро узнают, что он лжет, и что, если они просто убьют его, прежде чем полетят на битву?
— Никто не придет, — спокойно ответил он. — Я имею в виду, что мой профессор может попытаться последовать за мной, я украл чашу, но, думаю, больше никто.
Даже если бы Эннар последовала за ними в гору, она нашла бы место, где отпечатки их лап встречались со следами драконов, и наверняка предположила бы самое худшее.
Что их убили, или что они предатели.
— Значит, ты пришел один, — задумчиво произнес Лейф. — Это было неразумно.
Андерс снова с трудом сглотнул. Он очень, очень устал… он не спал с тех пор, как покинул Холбард, целый день назад… и даже пальто Рейны сейчас казалось тяжелым.
— Равноденствие, — сказал он. — Я пришел, чтобы попытаться добраться до нее до равноденствия.
Все молчали, несколько мужчин и женщин за столом задумчиво смотрели на него.
Его нарушила одна из самых молодых членов Дракон-схода, девушка, выглядевшая не старше восемнадцати лет.
— Я что-то упускаю, — сказала она. — Я имею в виду, это отличная вечеринка, но…
Терпение Андерса лопнуло. Может быть, теперь они просто играют с ним ради забавы?
— Я знаю о жертвоприношении, — выпалил он. — Пожалуйста, я сделаю все, что угодно! Ты можешь взять меня, но, пожалуйста, отпусти Рейну и Лисабет. Пожалуйста… — он словно наблюдал за собой со стороны.
Неужели таков был его план с самого начала? Предложить себя, если его поймают?
Рот Лейфа открылся, его спокойное выражение полностью исчезло.
— Я так понимаю, ты не собираешься жертвовать большим количеством вкусной еды, — сказал он, наконец.
Андерс покачал головой.
— Успокойся, — сказал Лейф. — Мне бы очень хотелось знать, как началась эта история. Мы никого не приносим в жертву, Андерс, ни в день равноденствия, ни в любое другое время.
