Он ухватился за веревку колокола, тряся ее взад и вперед, так что язычок внутри колокола рикошетом отскакивал от его стен и создавал оглушительный звон, который, казалось, продолжался и продолжался.
На мгновение он уставился на него, пораженный громкостью звука, который произвел. Затем парень повернулся и побежал. Он должен добраться до офиса Сигрид и надеяться, что сумеет найти способ проникнуть туда, прежде чем они с Эннар перестанут искать преступника.
Он узнал кабинет по гобелену, висевшему снаружи в холле, длинной фреске, изображавшей последнюю великую битву между Ледяными Волками и Огненными Драконами.
В коридоре было пусто, и он с замиранием сердца тихонько постучал в дверь, на всякий случай, если она вошла внутрь, а не для того, чтобы выяснить причину шума. Когда ответа не последовало, он постучал снова, дрожащей рукой, на этот раз прижав ухо к деревянной поверхности. Тишина, нарушаемая лишь затихающим эхом колокола.
Он подергал дверную ручку. Наверняка она заперта.
Но дверь распахнулась от его прикосновения, открыв пустой кабинет Ферстульф, ожидающий его.
Не теряя времени, Андерс проскользнул внутрь и закрыл за собой дверь. Все было так, как он помнил — полки были уставлены книгами и артефактами, а два дивана стояли по бокам кабинета, лицом друг к другу.
Он проскользнул между левым диваном и полками и начал пробираться вдоль них, по очереди рассматривая каждый артефакт, на случай, если там было что-то, что он узнал из всех своих исследований."
"Затем дверная ручка загремела, и у него была всего секунда, чтобы нырнуть за диван, прижавшись к полу, прежде чем дверь распахнулась и три пары шагов вошли внутрь.
— Я думала, что заперла ее, — сказала Сигрид, и он услышал, как она нахмурилась.
— Полагаю, что нет. — Это был голос профессора Эннар, и она не казалась счастливой оттого, что находится здесь. — Но, Сигрид, нам нужно поговорить.
— Мы это и делаем, — голос Сигрид звучал мрачно. — Мы не можем позволить себе ждать слишком долго.
— Особенно после того пожара, — согласилась Эннар, опускаясь на диван рядом с Андерсом.
— Я… нахожу огонь странным, — признался Хейн таким тоном, как будто он стоял у стола Сигрид. — Это такая оживленная часть города. Я могу представить себе драконьего шпиона, возвращающегося в человеческий облик и уходящего пешком, но он должен был быть драконом, чтобы разжечь огонь… пламя было белым, это было Драконье пламя. На самом деле, пожар должен был занять больше, чем от одного дракона.
