Сначала, я слышала лишь смутные куски шума, но чем больше я открывала свой разум звукам, тем яснее стали слова. И по этим звукам, они хотели пройти мимо любезностей и дела шли нехорошо.
— Я чувствую себя, как ребенок, которого вызвали на ковер к директору, — сказал
Этан.
— Я прилетел в Чикаго, ели ты забыл, но я не возражаю против антологии. Мой визит был обусловлен действиями происходящими в последнее время в этом
Доме. Есть вопрос о цепочке правопреемства, и беспорядок который был сгенерирован в городе в целом.
— Мой Дом не генерировал этот беспорядок.
— Это не твой Дом. — напомнил ему Дариус. — И ты не его Мастер.
— Это вопрос обстоятельств, как вы знаете, Сир. — Это был Малик. Я догадалась, что
Дариус не станет довольствоваться руганью только одного Мастера Дома Кадоган.
— Малик все еще управляет Домам. Этан на был восстановлен ГС, — Он управлял вместо меня, пока — Пока ты был мертв, — закончил Дариус. — Ты был мертв и ушел, и новый Мастер был объявлен на твое место.
Это такой метод в подобных ситуациях. — В комнате было перемещение и я представила, как Дариус скрестил ноги. — Хотя я ценю вашу неизменную лояльность, — сказал Дариус, — ГС существует не для удовлетворения прихотей Дом Кадоган. ГС существует для защиты интересов всех вампиров
Соединенных Штатов и Западной Европы. Наша территория обширна и наши проблемы являются многочисленными. Они не ограничиваются маленьким куском земли в Гайд Парке. Этот Дом даже не является нашей единственной проблемой в Чикаго, гораздо меньшего Западного Полушария.
Дариус остановился. — Этан, Малик, я буду откровенен. ГС серьйозно обеспокоен.
Мы отправили сюда приемника исследовать этот Дом, заверить себя, что Дом был стабилен и в хороших руках. — Он имел ввиду Кебота — приемника ГС. Я так понимаю его усилия уважались некоторое время. Но эти усилия были отвергнуты, и в сущности, таким был ваш надзор.
— Он лимитировал поставку крови, — сказал Малик. — Он заставил наших охранников стоять на солнце, только чтоб доказать свою точку зрения — и увидеть как наш Страж удаляется.
Он покровительствовал в свою лучшую ночь, и оскорбил в его худшую.
— И так, вы принимаете на себя, — сказал Дариус. — Он тестировал, так как он имеет право проводить тестирование, выстоят ли твои вампиры на солнце и будут ли они соблюдать субординацию. Одна, Джульетта, сделала так. Другая нет.
Он не назвал мое имя; он и не должен был.
