Я не желала, чтобы он был осведомлён о моих недостатках, и ещё меньше хотела, чтобы он на них указывал. Но кое-что всё же утешало. Вместо того, чтобы добавить проблему к его умственной колонке
“красных флажков”, он нашёл способ с ними справиться.
Странно и удивительно.
Он доел свой кекс и взглянул на меня.
— Что?
— Ничего, — сказала я, потянувшись за кексом номер два.
Когда кровь и выпечка закончились, мы были готовы к возможной битве.
Конечно, мы не знали, явятся Мэллори или Тейт за Малефициумом сегодня вечером, или завтра, или через неделю.
Но они оба казались достаточно нетерпеливыми, чтобы все выяснилось скорее раньше, чем позже.
Я проверила лезвие моей катаны, удостоверившись, что сталь чиста и готова к действию. Потом я упаковалась в мои ""боевые"" кожаные штаны, тонкую, с длинным рукавом рубашку от холода и кожаный же пиджак. Вся кожа, по иронии судьбы, была подарком Мэллори на мой последний День Рождения. Это казалось закономерным и грустным — надеть этот костюм и, взяв в руки оружие, выступить против неё сегодняшним вечером.
Когда я была готова, я увидела одевшегося Этана — джинсы и кожаная куртка, скрывающие его длинную худую фигуру, и напомнила себе текущий список важных дел:
1. Остановить и обезвредить Мэллори.
2. Остановить и обезвредить Тейта.
3. Убраться обратно в Чикаго.
4. Лицезреть Этана обнаженным при более благоприятных обстоятельствах.
5. Повторять до бесконечности.
Пункты четыре и пять, связанные с Этаном, были заманчивы. Но сейчас была колдунья и ещё одно неопределенное существо, так что я подпоясалась катаной.
Думая, что мы готовы отправиться вниз, я взялась за дверную ручку, но Этан остановил меня.
— Мерит.
Я оглянулась, вопросительно приподняв брови.
Он двинулся вперед, быстро, с кошачьей грацией, и остановившись в нескольких дюймах от меня, уставился прищуренными изумрудными глазами. Даже в джинсах и куртке он был прекрасен, этот белокурый воин, с жестокостью в глазах и мечом на боку.
— Ты будешь осторожна.
— Ты о чем?
— Об этой миссии.
— Осторожна настолько, насколько возможно, — пообещала я. Мой тон был беззаботным, но для него этого было недостаточно. Он положил руку мне на плечо.
— А если она представляет для тебя угрозу?
Я взглянула на него, и сердце моё вдруг забилось.
— Она может представлять угрозу, — сказал Этан. — Мэллори пыталась, и скорее всего, будет пытаться снова творить волшебство, которое не имеет цели, кроме как причинять вред другим, включая тебя.
