Я останавилась у декоративной двери в башню.
Настроив себя, дважды постучала. Дверь открылась, и наемник феи спросил. ""Да?""
Последний раз, когда я делала это, Иона на гельском языке просил разрешение на прием, чтобы увидеть Клаудию. У меня не было таких навыков будем надеяться на английский.
— Я хотела бы поговорить с Клаудией, если она принимает.
Дверь со стуком закрылась, взметнув облачко пыли и древесной гнили мне в лицо. Я вытерла свои щеки. Дверь открылась снова.
— Вкратце, — сказал фейри, отступая на несколько дюймов.
Комната, в которой жила
Клаудиа была круглой и волшебно расширенной, заполняя пространство значительно большее, чем внешний вид башни снаружи, был еще и подавал.
Комната была просто обставлена, в ней стоял запах цветов, как в саду.
Клаудия, со своими длинными, клубнично- светлыми волосами, заплетенными в косу
,переброшенную за спину, сидела за круглым столом на одной стороне комнаты. На ней было бледно-розовое платье и венок из листьев, Она бросила на меня взгляд через плечо, разрешая войти внутрь.
— Кровопускатель, — приветствовала она, — Мадам, — сказала я. Она встала из-за стола и подошла ко мне, ее голубые глаза светились любопытством. — Ты снова нас посетила. Почему бы?
— Я так понимаю, что вы знакомы с Домиником — Посланником, и подумала, а что если вы расскажете мне о нем.
Она засмеялась, звук смеха был одновременно и причудливым и древним как земля. — Кто ты такая, чтобы спрашивать о таких вещах? Ты ребенок, с кровавым вопросом.
— Он вредит людям, — сказала я.
— Я пытаюсь найти способ остановить его.
Этого не надо было говорить. Ее улыбка исчезла, и Королева Фей шагнула ко мне с мрачной решимостью на лице. Прежде, чем я смогла сдвинуться с ее пути, она ударила меня.
— Кто ты такая, чтобы считать, что имеешь право контролировать Посланника судьбы?
Моя щека горела, но я заставила себя посмотреть на нее, и не оттолкнуть. Месть была слишком сладка, и она уже заманивала меня к насилию раньше.
— Я страж своего дома и защитник этого города, — сказала я.
— Он угрожал тем, кто живет здесь. Это дает мне право при необходимости действовать.
— Ты ничего не знаешь, — выплюнула она, поворачиваясь на каблуках и проходя в нескольких футах от меня. Она повернула обратно, выставив вперед плечи и грудь, словно доказывая мне свою женственность.
— Доминик под моей защитой, и поэтому он останется. Если ты ищешь его, чтобы навредить ему, ты стремишься навредить и мне. Ничего подобного не будет позволено.
