— А, вернулась! — выглянул из своей половины Ерофеев. — Тебя тут уже прызент дожидается.
— Как красиво! — пролепетала присевшая на краешек скрипнувшего стула девушка. — Деда, а что это?
— Вестимо, что, — усмехнулся тот, разливая по чашкам дымящийся грибной чай. — Цветок. Все честь по чести, я на радиацию проверял. Где его Батон откопал, одному богу известно. На болотах, что ли?
Лера представила себе мерцающий бескрайний ковер где-то там, на поверхности.
— А как он называется?
— Спроси чего полегче, — поставив перед девушкой кружку, Ерофеев подсел к столу.
— У природы теперь другие порядки. На тюльпан или розу вроде не похож. Вот и гадай теперь, кто. Цветочек аленький!
— Аленький, — завороженно повторила Лера незнакомое слово.
— Ладно, родная. С днем рождения!
Лера и дедушка чокнулись жестянками кружек.
— Деда, а зачем к нам караван пришел?
— Дело у них к нам серьезное, — прихлебнув из кружки, нехотя ответил Ерофеев. Девчонке совершенно необязательно знать об истинных целях визита гостей.
— Еще бы, — нахмурилась Лера. — Раз они проделали такой путь.
— Да не забивай ты себе голову чужими проблемами! Пусть Совет разбирается, — Ерофеев подлил девушке еще чая. — У тебя праздник все-таки.
— Ой, совсем забыла! Смотри, что мне подарили! — Лера достала из кармана пудреницу.
Дед повертел безделушку в руках, прищурился:
— Ишь ты! Витек расстарался?
— Как же! Я его вообще сегодня не видела. Юрик где-то достал.
— Подрастает, шельмец, — хмыкнул Ерофеич и вернул Лере подарок.
— Все вы теперь, как на дрожжах. Скоро своих рожать приметесь.
— Дед, я тебе уже тысячу раз говорила и еще повторю, — Лера сверкнула глазами из-под рыжей челки: — Я эту образину ушастую и за ящик патронов к себе не подпущу! Хватит об этом!
— Ну, перестань, не кипятись. Не все же тебе в девках сидеть, вон уже какая, — примирительно сказал Ерофеев и стрельнул взглядом на лежащий на столе пожеванный томик с названием «Домоводство». — Прочитала?
— Деда, ну это же такая скука! — закатив глаза, простонала девушка.
— Конечно, живность по поверхности куда интереснее гонять. Только тебе давно уже о другом думать пора: как домашнее хозяйство вести, семейный быт налаживать…
— Нет, это тебе нужно. Чтобы породниться с Боровиковым и на Совете получить право голоса. А я? Меня ты спросил? Я сама хочу решать, как мне жить!
— Поверь, так будет лучше для всех, — прихлебнув из кружки, авторитетно заявил Ерофеев. — Я знаю.
— Не знаешь! — упрямо отрезала Лера.
