Лере тоже пришлось несколько дней регулярно наведываться в медпункт и, краснея, стыдливо раздеваться, дабы врач обработал зудящие отметины от лиан не в самых приятных местах. Но и ее скоро отпустили, и девушка с энтузиазмом приступила к наведению чистоты на изрядно прокопченном камбузе, где Паштет и Треска вовсю вялили мясо.
В общем, впечатлений была масса, провизии впрок запасли даже с излишком, и настроение на судне заметно поднялось — по крайней мере, на время.
«16 октября 2033 года.
Во время охоты и обследования Африканского побережья часть команды попала в плен к враждебно настроенному местному населению. Вывод: не только здесь, но и на других материках и континентах могут обитать выжившие после Катастрофы.
Получается, наши усилия могут быть не напрасными!
В ходе наземной операции удалось значительно пополнить запасы провизии мясом местных животных, а также вызволить из плена чернокожих аборигенов женщину, представившуюся американским пилотом.
Это еще раз подтверждает догадку, что другие берега так же могут быть заселены.
Дальше следуем без остановок. Впереди Атлантика.
Среди команды и личного состава потерь нет. Выполнение задания продолжается.
Принявший временное командование кораблем старший помощник Тарас Лапшов…»
* * *Лодка входила в Атлантику в надводном положении.
Сидящая на откидном столике у койки Чучундра с любопытством следила, как Лера, устроившись перед зеркалом, старательно подрезает отросшие до лопаток волосы острым охотничьим ножом.
В дверь каюты постучали.
— Лер, это я, Савельев. Можно?
— Заходи, — не прекращая своего занятия, разрешила девушка.
— Марафет наводишь? — метеоролог просунул голову в каюту. — Там же где-то ножницы были.
— Я уже привыкла, — не поворачиваясь, пожала плечами Лера.
— Пойдем, кое-что покажу, — понизив голос, парень заговорщицки подмигнул.
— Видишь, еще не достриглась.
— Подождет, — настаивал Савельев.
— Погода портится, такого потом, может, долго не будет. Только оденься.
— Посиди, я быстро, — натянув шапку и накинув на плечи ватник, заинтересованная Лера оставила недовольно пискнувшую мышь в одиночестве — сторожить свернувшиеся на полу рыжие прядки волос.
— Куда мы идем? — поинтересовалась девчонка, когда они застучали ботинками по пустынному коридору.
— Тебе понравится, — загадочно отозвался шагающий впереди Савельев.
