Если бы родители находились где-то в пределах страны, то экономка наверняка воспользовалась бы моментальной доставкой – стоило это для не магов недёшево, но ради возможности напакостить мне и выслужиться перед папой Жизалинда не поскупилась бы. На моё счастье, на границе имелась защита, не пропускающая послания без специальной магической печати.
Именно благодаря ей герцога Граньонского, очень возможно, ещё не забросали ехидными докладами о похождениях дочери – не станешь ведь требовать в секретной службе короля разрешительный штамп на письмо с таким сомнительным содержанием.
Разве что тётушка Иофания могла набраться наглости и на правах родственницы добиться своего.
Остальным желающим оставалось довольствоваться обычной почтой, где письма проверят с помощью амулетов, в карете доставят к пограничному пункту, проверят там ещё раз и только после этого повезут дальше.
Послание от тётки папа вполне мог выбросить не читая – относился он к ней ещё хуже, чем я.
Та же участь могла постигнуть доносы знакомых, если они вообще не поленились и не побоялись использовать столь долгий и утомительный способ – это ведь не записку в зачарованную шкатулку пихнуть. Потеряется конверт по дороге, попадёт не в те руки – и ещё неизвестно, где и как потом всплывёт.
Так что была вероятность – и немаленькая, что папа ничего не узнает, пока не вернётся. Да и если кто-то из придворных всё же что-то отправил, исправить я это всё равно никак не могла.
А вот кляуза от Жизалинды… Это очень и очень плохо. Письмо экономки непременно прочтут!
Если, конечно, я не вмешаюсь…
– Сандра, милая, ты что задумала? – насторожилась Ариния. Слишком хорошо меня знала, чтобы не заметить.
– Нет-нет, ничего, – поспешно ответила я. Улыбнулась настолько широко, насколько возможно, и, попросив собрать мне кое-что из вещей, устремилась к двери, выводящей в парадную часть дома и, соответственно, главную гостиную.
Если всё нормально и Джервальт не упился соком вусмерть, то у меня ещё есть шанс что-то изменить!
В гостиной не оказалось ни принца, ни сока, ни даже Клауса.
Зато со стороны галереи, ведущей в зимний сад, доносились голоса и громоподобный гогот, который заменял престолонаследнику смех.
Больше всего мне хотелось тихонечко улизнуть – помешала привязанность к дому. Ну и мысль о том, что об учинённом высоким гостем разгроме доложит уже не только экономка.
