– Кто случился! Ты обещал! Ты гарантировал, что он исчез навсегда! Сгинул, сдох! – Очередной рывок увенчался успехом, а резкий разворот позволил капюшону плаща слететь, превращая незнакомку в королеву. Тут же писк магического «рта» преобразовался в её голос, но приятнее не стал. А уж извергаемые Оританией вопли и вовсе отдавали тухлятиной. – Ты клялся! А теперь эта тупая гора мяса бродит по-хозяйски по моему дворцу, смотрит на меня снисходительно и планирует захапать всё королевство!
Я застыла в ужасе, ожидая, что вот сейчас Джервальт взовьётся на ноги и учинит безобразный скандал, но оскорбляемый мачехой принц даже не шелохнулся.
Лишь хмыкнул мне в ухо и притянул меня ближе к себе.
– Успокойся! – тряхнув её величество, как какую-нибудь нерадивую служанку, воскликнул магистр."
"– Успокойся? – начала новый виток истерики королева. Теперь её было слышно безо всяких заклинаний. – Ладно, успокоилась! – совершенно неожиданно продолжила она значительно тише. – Кстати, ты в курсе, что твоя протеже открыто симпатизирует ублюдку?
– Неужели? – вместо наставника отреагировал на гадкую инсинуацию принц.
Кажется, я покраснела. От возмущения. Нет, точно от возмущения! И отвечать не стала. Тем более что за честь обиженных – мою и престолонаследника – неожиданно вступился Эризонт.
– Фи, Тани, что за выражения? – произнёс он. – Разве пристало королеве употреблять такие грубые слова? Да и на твоём месте я не использовал бы именно это слово – законность рождения Джервальта, увы, неоспорима!
Наставник говорил правильные вещи, вот только в этом его «увы» прозвучало больше оскорбительного, чем во всех воплях Оритании.
– Ты придираешься к слову и уводишь разговор от главного, – судя по ухмылке, искривившей кукольный ротик королевы, реплика была пропитана ехидством. – Твоя моль бездарная осмелилась заявить, что гориллоподобный идиот не так уж плох!
– А что ты хотела от неё услышать? Алессандра – воспитанная девочка и, конечно же, не позволит себе публично осуждать члена королевской семьи.
Тем более являясь его… мм-м… кратковременной наставницей!
– Ах, наставницей?! Я тебе скажу, что она может наставить!
– Хватит! – попытался оборвать собеседницу Эризонт.
– Рога она ему может наставить, после того как этот урод в постель её затащит!
Я возмущённо засопела, а принц вдруг легонько куснул меня за мочку уха и прошептал:
– Даже не рассчитывай!
Сообщать, что совершенно даже и не думаю, что окажусь с ним в постели, сочла ниже своего достоинства.
