Мне нужно перечислить в Барнаул до востребования тысячу долларов.
– Тысячу? – поскучнел дед. – В Барнаул? Это что за планета такая?
– В пределах земной видимости, – терпеливо объяснил я, хотя понимал, что Сазон ваньку валяет.
– А-а! Так давай его купим, Барнаул этот и дело с концом, – хихикнул Сазон.
– Дед! – разозлился я. – У меня проблема на тысячу долларов и мне не до шуток!
– На тысячу баксов? А больше не возьмёшь ни копейки?
– А больше не возьму ни копейки.
– Элку дай! – гаркнул дед.
Это была его обычная уловка всучить мне через жену больше денег.
– Нет Элки, дома роман пишет.
– Врёшь! Я слышу, как она рядом с тобой курит.
От неожиданности я отшатнулся от трубки. Может, старый хрыч уже прикупил какой-нибудь прибамбас, через который можно подглядывать по телефону?!
– Меня? – с хитрым прищуром осведомилась Беда.
– И как ты догадалась? – Я отдал ей мобильник, понимая, что сопротивление бесполезно, что Сазон всё равно дозвонится до Беды и пропихнёт через неё в жизнь самые вредные свои идеи.
– Отлично, Сазон, – елейным голосом заговорила Беда. – Замечательно! Шикарная мысль! Так и сделаем. Конечно, он согласен, вернее, кто его спрашивать будет! Ты не представляешь, как я рада такому повороту событий! Целую! Обнимаю! Привет твоей знойной Кармен! – Довольная, словно кошка, объевшаяся сметаны, Элка отложила мобильник и, как ни в чём ни бывало, принялась пить кофе, отхлёбывая его маленькими глоточками.
– Ну? – спросил я. – И какому повороту событий ты рада? С чем это я согласен, вернее, о чём меня спрашивать никто не будет?!
Я терпеть не мог Элкины заговоры с Сазоном.
Но случались они довольно часто, несмотря на то, что мы жили в Сибирске, а дед в далёком, южном городе.
– Сазон сказал, что перевод до востребования – это фигня для бедных. Он пришлёт деньги с посыльным.
– Что значит – с посыльным? Он погонит ради этого в Барнаул человека?
– Да не человека, а Елизара Мальцева!
– Что?! – От возмущения я вскочил.
Герман за соседним столиком перестал вдруг храпеть и отчётливо пробормотал во сне: «Огонь, батарея! Огонь! Всех вашу мать…»
От удивления я забыл, что хотел сказать.
– Сядь, – засмеялась Беда и закинула ноги на стол. – Толку от твоих воплей не будет! Сазон сказал, что пришлёт с деньгами Мальцева, значит – пришлёт. У Елизара там какая-то очередная мутная любовная история, от которой он пребывает в депрессии. Ему надо развеяться. В общем, дедулин дедуля прилетит в Барнаул собственной персоной, хочешь ты этого, или нет.
