– Ага, с таким воодушевлением ждал, что аж уснул от нетерпения, – подколола она.
– С кем не бывает? – я смущенно улыбнулся.
– Ты обещал выполнить эту просьбу.
– Сделаю все, что в моих силах.
– Итак, – девушка вздохнула, набирая воздух в легкие, – у меня есть брат…
– Я помню, убийца моих братьев.
– Нет, не этот, – Эса снова вздохнула.
– Да говори уже как есть, не тяни кота за причинное место. У тебя есть еще один брат?
– Да.
– И? – воительница подозрительно смущается, – Мне пытать тебя, чтобы узнать твою просьбу? Ты издеваешься?
– Его зовут Ага.
Моего брата. Младшего. Его забрали в плен. Он – заложник обязательств Гунульфа перед некоторыми влиятельными людьми из Царьграда. Мой младший брат находится здесь, в Смоленске. Если ты поможешь мне его освободить, то я буду у тебя в неоплатном долгу. Помоги мне, Ларс, – девушка всхлипывая прошептала все это.
Мне казалось, что эту девушки ничто не может сломить, а уж тем более заставить плакать. Она смотрела на меня с каменным лицом. Ее глаза подозрительно блестели и веркали под лунным светом.
Хотелось вскочить и прижать ее, успокоить и пообещать стереть полмира ради нее. Но из-за того, что я не знал, как она отреагирует, я застыл как истукан.
– Прости, – Эстрид легким движением смахнула слезинки, – просто Ага, мой брат, это единственное, что у меня осталось от семьи. Он необычный, не такой как все. Ты потом поймешь. Он очень добрый и его легко обидеть.
– Сколько ему лет? – с хрипотцой в голосе просипел я.
– Двадцать. Дело не в возрасте.
Он очень добрый и умный.
– Ладно, спасем мы твоего братца. Где он сейчас?
– В доме смоленского воеводы.
– Есть у тебя какие-то мысли как его освободить? – Эса посмотрела на меня с благодарностью и некой долей уважения, когда я не обратил внимание на такое препятствие, как воевода Смоленска.
Почти час мы обсуждали с воительницей сложившуюся ситуацию с ее братом. Оказывается, ее брат Ага стал заложником у византийских купцов в обмен на некую сумму денег от них – Гунульфу, который, кстати, на эти деньги и собрал армию и флотилию, разгромившие моих братьев и обескровившие военный потенциал словенского племени.
По идее, Гунульф легко может стереть с лица земли Хольмград, если бы словены не были в союзе с другими северными племенами. С политической точки зрения Гунульф на своей земле разгромил набег соседа и имеет право ответь так же. Вот только ситуация патовая. Убийство Гостомысла принесет ему больше проблем, чем игнорирование словенов.