По будням миссис Эшли вообще видели редко, поскольку ее коттедж стоял чуть в стороне и располагал собственным колодцем в саду. Но воскресными вечерами ее дом использовали как место собраний методистов; тогда всю ее будничную сдержанность как рукой снимало, и всем, кто заглядывал на огонек, оказывался радушный прием. Слушая проповедника или присоединяясь к гимнам и молитвам, она разглядывала малочисленную паству, и люди, встречавшиеся взглядом с миссис Эшли и видевшие, какой любовью светились ее глаза, никогда больше не смели думать и тем более говорить о ней плохо, разве что роняли: «Ну, она же методистка», как будто это объясняло и оправдывало ее странности.
У Ханны и ее мужа был один ребенок, сын, примерно того же возраста, что и Эдмунд, и дети из «крайнего дома» иногда играли с ним. Когда однажды субботним утром Лора зашла к Фредди домой, она увидела картину, запечатлевшуюся в ее памяти на всю жизнь. Был час субботней уборки, когда все остальные коттеджи в деревне были перевернуты вверх дном.
Дети постарше, вернувшись из школы, носились взад-вперед по комнатам или ссорились друг с другом на улице. Матери бранились, младенцы, которых закутывали в шали, чтобы отправить на прогулку на руках у старшей сестры, верещали. Лора терпеть не могла такие дни, ведь дома не оставалось уголка, в котором она могла бы притулиться с книжкой в руках, а на улице ей грозила опасность быть втянутой в игры, в которых ей либо доставалось, либо они наводили скуку.
"
"В доме Фредди Эшли царили тишина, покой и безупречная чистота. Стены были недавно побелены, доски стола и пола тщательно выскоблены, на прекрасно отполированной решетке мерцали красные огоньки, потому что печь уже растопили, а половина стола накрыта белоснежной скатертью, на которой лежали доска и скалка. Фредди помогал матери готовить печенье, вырезая с помощью маленькой жестяной формочки из раскатанного теста фигурные заготовки.
Мать и сын склонили над доской лица, такие простые и в то же время приятные, и их голоса, приглашавшие Лору войти и сесть у камина, после уличного гвалта казались похожими на голоса ангелов.
Девочка лишь мельком заглянула в другой мир, отличный от того, к которому она привыкла, но эта безмятежная, чистая, прекрасная картина навсегда осталась в ее душе. Лора думала, что дом Фредди, должно быть, чем-то походил на дом в Назарете.
