С Кирсаном мы, после его предложения гнусного, сначала матерно полаялись, потом выпили еще, потом сухо проговорили все по дальнейшему плану действий и разошлись, глубоко недовольные друг другом.
И я, идиота кусок, лажанул.
Ушел с Никитосом в его комнату и занялся перенастройкой левого айпи для того, чтоб в дороге не скучать, а работать. Сам Ник сидел рядом и охеревал от моих действий. Я заодно еще и у него в компе полазил душевно, выискивая лазейки домашнего облака. А то Кирсан у нас весь такой загадочный.
Прямо до жути.
Ничего особенного не нарыл, Но увлекся. Меня всегда работа увлекает, себя забываю.
Торопиться нам было некуда, выезд назначили на четыре утра, чтоб спиртное выветрилось, да и ехать легче, пробок меньше, дорога чище.
И потому, когда мимо открытой двери Никитоса пробежал мой рыжий огонек, я даже не понял сначала, что случилось. Первым, к моему стыду, за Лапой рванул Ник.
А я уже потом.
Ириску я застал в той комнате, где по приезду свалился без задних ног, испуганную и глядящую на меня огромными, полными слез глазами.
Пока утешал, успокаивал, выяснял, что случилось, время еще прошло. От Ириски ничего не добился, кроме красных щек и постоянно повторяющейся просьбы уехать отсюда и не общаться с хозяином.
Ну что же. Я ей. Это мог твердо пообещать. Правда, только после душевного разговора с Кирсаном.
— Игорь, не надо! Не ходи, Игорь! она цеплялась за меня, кусала губы, он просто… Просто сказал, что тебе без меня легче будет… И что мне надо уехать к Ладе… Игорь! Может, он прав? Может.
— Он не прав, Лапа, я держал ее за плечи и говорил твердо и спокойно, он мудак. Не слушай его. Он… Тебя не трогал?
— Нет! Ты что? ее глаза стали еще больше, огромные, карие, затягивающие невинные омуты, нет! Он только… Он так убедительно говорил… А я… Я такая дура… Я не смогла ничего ответить, растерялась… Прости.
Я прервал ее поцелуем, умирая просто в этот момент рядом с ней. Моя девочка маленькая, такая смелая, такая стойкая.
У Кирсана опыт в расколке матерых преступников, он умеет работать с людьми, видит их слабости чисто интуитивно, знает, куда надавить, какой тон выбрать.
Моя Ириска прошла через ад, похоже.
И не сломалась.
А вот Кирсан сейчас сломается. Я поломаю.
Я еще раз контрольно поцеловал в распухшие от слез губы, успокоил Ириску и пошел разбираться с хозяином квартиры.
Гадом, не понимающим нормальных русских слов.
Кирсан сидел на кухне, пил спокойно чай.
