– Ну а земля? Рано еще фундамент класть. Подсохнуть должно...
– И земля подсохла. И материалы есть... Если не хотите, так и скажите...
– Как это не хотим? А что мы, по-твоему, тогда здесь делаем?
– Вот и я не знаю, что вы здесь делаете. Шабашники, а работать не хотите... И вообще...
– Что вообще? – насторожился Ролан.
– Да машина у вас уж больно хороша для нашей глуши. На такую шабашками не заработать...
– А мы заработали. За прошлый сезон...
– Что-то не верится... Ну да ладно, чай, глянем, какие вы работнички.
..
– Глянешь, глянешь, батя. Завтра начнем, вот увидишь... Может, первака с нами тяпнешь, а?
– Да некогда мне. – Мужик натужно поднялся со своего места. – Среда сегодня, чай, не праздник. И работы много...
– Ну не хочешь, не надо. А мы дернем. Ну а завтра на работу...
Председатель был маленького роста. Ему даже голову нагибать не пришлось, чтобы всунуться в низкий дверной проем. В деревенских избах так нарочно задумано, чтобы тепла зимой за порог меньше уходило.
– Принесла нелегкая, – буркнул Бородай.
– Сдается мне, что этот мухомор фишку просек, – недовольно сказал Петруха. – Въезжает, что никакие мы не шабашники...
– Как это не шабашники? – ухмыльнулся Лиман. – А шабаши у нас кто устраивает, а?
– Ага, со старыми ведьмами, – хмыкнул Ролан.
Деревня Плужь находилась в трех сотнях километрах от Черноземска. Вроде бы и глушь колхозная, а народу здесь не так уж и мало. Но в основном бабы за сорок. Мужики все наперечет. Молодежи кот наплакал. Еще не вымерла деревня, но все к тому шло.
С жильем проблем не возникло. Председатель сельсовета сам показал Ролану на лучшую из брошенных изб. Поверил, что шабашники к нему приехали. Радости-то было... А хрена, работать никто не собирался. Хотя хату подремонтировали. Двери укрепили, стекла вставили, печь перебрали, все такое. Ну, еще и бабам помогали. Не всем, конечно, а тем, кто того стоил. Дров там наколоть..."
"Ролану приглянулась тридцатишестилетняя вдова Катюха. До той же Венеры ей далеко. Но на личико вроде бы ничего, и формы не очень расплывшиеся.
Жаркая, любвеобильная. В общем, доставила она Ролану немало приятных моментов. Но у него и в мыслях нет жениться на ней. А она только и ждет, чтобы он предложение ей сделал. Запарила его своими намеками...
Но больше всего повезло Петрухе. Самую лучшую на деревне охмурил – двадцатилетнюю Любку. Девка из города к матери вернулась, с ребенком на руках. Ничего бабенка. Не красавица, но и не третий сорт. Петруха три дня ее обхаживал.
