Около четырех десятков человек с одной стороны, около трех – с другой. Воровских бойцов было чуть больше, но бандитские «пехотинцы» отличались более крепким здоровьем. Злые оскалы, пылающие ненавистью глаза, арматурные и просто железные прутья с заостренными концами, кастеты с длинными шипами, заточки – все это наводило на мысль, что без трупов дело не обойдется. Ролан в том не сомневался. Он сам готов был убивать...
– Гля, вон Базар! – тихо сказал Васек и толкнул его в бок.
– Знаю, – так же тихо ответил Ролан.
Он и сам заметил Пашу.
Здоровенный бугай, злости в нем столько, что из ноздрей дым пышет. Глаза мутные от крови. На Ролана смотрит, как разъяренный бык на тореадора. Лоб в лоб столкнуться не пытается. Но ведь обязательно выберет момент, чтобы подцепить врага на рога, то есть на заточку... Да, жарко сегодня будет. В оба нужно глядеть. Иначе не дожить до рассвета...
Никто не пытался примирить две враждующие толпы. Поэтому две волны с ходу схлестнулись в жестоком сражении.
Ролан едва успел увернуться от летящего в голову прута с острым концом.
И тут же ответный удар. Клин против клина... Периферийным зрением уловил опускающуюся на голову арматурину. Резкий и своевременный уход в сторону. Снова ответный удар...
А вот и Базар. Так и есть, ударил со спины. Падла. И если бы Ролан не ждал подвоха с его стороны, он бы точно получил заточку под нижнее левое ребро. А так острие лишь легонько чиркнуло его по руке. Той же рукой, согнутой в локте, Ролан ударил провалившегося вперед противника в шею.
И вдогон, изо всех сил, рубанул стальным прутом по голове. Он не хотел больше иметь дел с Пашей. Поэтому бил наверняка...
– Круто ты его, братуха! – как сумасшедший заорал Васек.
И полез обниматься."
"Странный какой-то ход. Вокруг бойня, а он к Ролану бросается. Вроде бы братва всех «быков» разобрала. Все вражеские бойцы уже имеют с кем-то дело. Но все равно странно... Для кого-то странно. Но не для Ролана... Случай с Сазаном многому его научил.
Одной рукой Васек попытался ухватить его за шею – типа братские объятия.
А другую опустил на уровень живота. И «жало» в этой руке. В печень, гад, метит...
Ролан перехватил вражью руку, выкрутил ее за спину. Из положения сзади взял Васька на удушающий прием.
– Ах ты, иуда, гнусь! – заорал он.
– Не... надо... – захрипел подлец.
– Кто, Волок?!
– Да...
Ролан запросто мог задушить наемника. Но не стал этого делать. Прутом выбил из него сознание, уложил рядом с бездыханным Базаром. И снова врезался в гущу сражения.
