Да, он, конечно, на ней женился, но при этом нарушил Брачный кодекс, принятый дедушкой, а там говорилось, что ни один член королевской семьи, не достигший двадцатипятилетнего возраста, не имеет права жениться без согласия короля. Дядя Август женился на Гузи — она ведь ждала ребенка, — но затем суд решил, что она незаконная супруга, и ее ребенок — внебрачный. Дядю Августа тогда это взбесило, но, наверное, сейчас он уже не сердился, ведь они с Гузи давно расстались.
Что же касается дяди Фреда, то он наоборот, сперва невзлюбил свою жену и отказывался с ней жить.
Шарлотта была рада, что они, наконец, подружились. Она любила их обоих; это были ее самые любимые дядя и тетя."
"Умом Фред, конечно, не мог сравниться с принцем Уэльским; Фреду хотелось лишь одного — наслаждаться жизнью. И он старался, чтобы окружающие тоже получали от жизни удовольствие. Когда-то у папы не было никого ближе Фреда. Теперь они немного отдалились, но все равно сохранили преданность друг другу. Вообще-то, отношения между всеми дедушкиными сыновьями были дружескими, и Шарлотту это очень радовало, хотя и удивляло.
Ведь в их семье обычно все ссорились...
— Чья это музыка? — поинтересовался дядя Фред.
— Августа сама сочинила, — ответила Амелия.
— Прекрасно. Так и хочется потанцевать. Да, Шарлотта?
Шарлотта согласилась с дядей.
— Сыграй ее в темпе вальса, Гасси, — попросил дядя Фред.
Августа выполнила его просьбу.
— Давай повальсируем, Шарлотта, — предложил дядя Фред.
— Но, дядя, я же не умею.
— Значит, пора научиться. Правильно я говорю, сестрицы?
Однако тетя Елизавета считала, что когда Шарлотте пора будет научиться танцевать вальс, ее отец наймет учителя.
— Ничего, я на свой страх и риск обучу ее раньше времени, — заявил дядя Фред.
Он встал со стула и протянул руки к Шарлотте. Это было приятней, чем вышивать или выуживать сведения у теток, которые не желали ничего ей рассказывать.
— Так, Шарлотта... выше голову... бери меня за руку... хорошо! Начали!
Шарлотта двигалась неуклюже и прекрасно это осознавала, но дядя Фред никогда никого не критиковал.
— Прекрасно! Прекрасно! — приговаривал он. — Шарлотта у нас умница.
Девочка благодарно улыбалась дяде. Голубые, слегка навыкате глаза — как у многих в их роду — сияли добротой; щеки от усердия раскраснелись, но дядя явно получал наслаждение, танцуя с племянницей.
— Мария, присоединяйся к нам, — сказал он. — И ты тоже, Елизавета.
Они послушно встали и принялись вальсировать.
