— Смирение? — воскликнула Шарлотта. — Разве это достоинство, когда речь идет о принцессе?
— Любой человек должен считать смирение хорошей чертой, Ваше Высочество. И особенно принцессы.
— А епископы?
— Любой человек, — повторил епископ. — Мы же, люди, облеченные властью — или готовящиеся получить власть, — тем более не должны забывать про смирение. Гордыня — величайший грех. Один из семи смертных грехов.
— Следовательно, смирение — это добродетель, да? Или эти свойства не противопоставляются друг другу? А что если можно быть и смиренным, и гордым? Человек ведь изменчив, епископ.
Я, например, иногда бываю очень, очень смиренной. А иногда — гордой.
Епископ сложил ладони вместе и поднял глаза к потолку.
«Прямо-таки олицетворение набожности! — хмыкнула Шарлотта. — Эта поза означает, что он страшно шокирован. И понятно чем — тем, что я влепила пощечину Адней. Ничего, так ей и надо!»
— Вы обуреваемы гордыней, властны, несдержанны и ведете себя неподобающим образом. Леди Клиффорд обеспокоена тем, что вы не способны с собой совладать.
— Да, это правда, епископ. Ярость вскипает у меня в груди и вырывается наружу... а потом все моментально схлынет — и гнева как не бывало. Стоит мне сделать что-нибудь ужасное, и я тут же начинаю раскаиваться. Вероятно, на меня находит смирение. Я же вам сказала, бывает так, что в одном и том же человеке смертный грех соседствует с самой прекрасной добродетелью.
— Запоздалого раскаяния недостаточно.
— О, я знаю, человек должен пострадать за свои грехи.
Но мне эта мысль никогда не нравилась. Если кто-то меня обидит, а потом начинает раскаиваться, я говорю: «Ладно, забудем об этом». И делаю вид, будто между нами ничего не произошло.
— Господь призывает нас вести себя иначе.
— А я и не говорю, что поступаю по-божески. Я поступаю по-своему. И мне кажется, поступаю хорошо.
Епископ вздохнул.
— Я в отчаянии, — пробормотал он.
— А вот отчаиваться не следует, епископ. Это дурно. Почти так же дурно, как и выходить из себя.
Человек не должен терять надежды. Берите пример с королевы Елизаветы. Вы только подумайте, она столько времени провела в темнице, зная, что в любой момент ее голова может слететь с плеч. Но она продолжала надеяться и в конце концов заполучила-таки корону! Я хотела бы походить на нее... конечно, когда она поступала хорошо. Потому что подчас королева Елизавета вела себя очень плохо. — Шарлотта рассмеялась. — Наверное, мне именно это в ней и нравится.
