Кирпичи пошатываются и потихоньку соскальзывают с фундамента.
Он прекрасно понимает головой, что пора бы отпустить меня. Что я уже не вернусь, но вот сердце… оно до сих пор цепляется за эту, смерти подобную, неправильную любовь.
***
Картины производят на меня особое впечатление. Я наслаждаюсь каждой. Пытаюсь найти смысл, заглянуть в самую глубь. Пока мой муж разговаривает с художником. Кажется его зовут Пьер?
Таня не отстаёт. Всё время на виду Тимура. Слушает разговоры, пытается в них протиснуться, время от времени ловя на себе косой взгляд Зуева.
Я же кукожусь и веду в сторону плечом… чувствую на себе жжение. Кто-то смотрит. Внимательно. Прожигает, так и крича, обрати на меня внимание!
Я, в свою очередь, долго сопротивляюсь. Не хочу встречаться взглядом с мужем. Тем более, когда он пьян… Дома это всегда заканчивалось скандалом, потому что под действием алкоголя, Зуев невыносим.
Но всё же. Нехотя и, как бы, невзначай бросаю мимолётный взгляд в сторону и немею. Замираю с застрявшим в горле сердцем.
— Артём? — Срывается вопрос с уст.
28 — глава
Он с таким разочарованием смотрит на меня, что сердце моментально начинает кровить. Пожалуйста. Хотя бы ты не терзай мою душу. Я должна была уйти. Не могла остаться. Ты же не Зуев. У тебя есть мозг, и ты отлично умеешь им пользоваться!
Отводит от меня глаза проходясь взглядом по толпе. Останавливается на Тимуре и резко разворачивается к нему спиной. Жмёт руку мужчине, с которым ещё недавно любезно разговаривал, и направляется к выходу.
Я, не теряя ни секунды, срываюсь с места и бегу за ним. Уверена, Тимур не станет меня искать. Слишком занят обсуждая свои новые проекты. Да и, казалось бы, я в чужой стране и знакомых людей — нет! Куда я от него денусь?
Пока мы находимся за пределами России, у меня нет никаких ограничений в передвижении, что не скажешь про родной город. Где мне и шага одной сделать не дают.
Выбегаю на улицу и тут же замираю, смотря на широкую спину. Я так за него переживала… Скучала…Тосковала. Готова была лезть на стены от невозможности прийти в больницу.
За эти дни, я вспомнила себя тогда. Брошенную девчонку шестнадцати лет. Когда Дёмин просто исчез из моей жизни оставив огромную дыру в сердце. Скучала. Ревела в подушку днями на пролёт.
В отчаянье, я даже стащила из комнаты Кости футболку Артёма, которую он оставил на одной из вечеринок. Пролил на неё напиток, а брат любезно дал свою вещь, чтобы тот переоделся.
В самый тяжёлый для себя эмоциональный момент.
