Мать сука, которая в конечном итоге оказалась хуже Тимура, хотя казалось бы! А сам муженёк решил, что своими улыбками и заботой, снова расположит меня к себе. Клоунада.
Умываюсь прохладной водой смывая с себя грязь сегодняшнего дня. В голове на максимум работают шестерёнки, но план на ум не приходит.
— В больницу меня отвези. — Командую, когда дверь открывается и на пороге появляется Тимур.
— Нет.
— О’кей. Сама доберусь.
— На это тоже ответ «нет». Из дома, пока что, будешь выходить только со мной. Постепенно, может года через пол или больше, посмотрим на твоё поведение, буду отпускать с охраной.
А когда лимит доверия станет высоким и наши отношения вернутся в прежнее русло, тогда уже поговорим о твоём передвижении по городу в одиночестве.
— Я не собираюсь быть пленницей.
— А кто тебя спрашивает? — Улыбается, а у самого глаза потемнели до цвета глубин океана. Злой. Еле сдерживает себя. — Через неделю-две, полетишь отдохнёшь. Хватит с тебя столицы.
— Когда поедем, не забудь купить ошейник с поводком.
— Ёрничаю.
— С радостью.
26 — глава
— У меня отдельная комната, Тимур как по часам возвращается домой. Мил со мной… Цветы каждый день дарит. Я их, конечно, все в помойку выбросила. Жалко, но, а что поделать? Мне от него ничего не надо. — Расхаживаю по комнате с телефоном, прижатым к уху.
— Правильно. Нечего ласты свои клеить! Не пристаёт? — В ответ слышится старческий обеспокоенный голос.
— Как бы это не звучало, но нет, к счастью, мой МУЖ ко мне не пристаёт.
— Я рад этому, внучка.
Такие, как он, заслуживают лишь плевка в морду.
Прошла неделя, как я вернулась в дом Зуева. Это странное чувство, быть дома, но ощущать себя незваным гостем. Я каждый раз жду подвох с его стороны, вдобавок переживаю за Костю с Артёмом. Хотя Тим ясно дал понять, что сними всё в порядке. Но стоит ли ему доверять?
— Я был у ребят, — Говорит Пал Семенович, опережая мои мысли. — Спрашивали про тебя. Тёмка в особенности. С врачами ругался, к тебе рвался.
— Ко мне нельзя. — Опечалено вздыхаю.
Смотрю на дверь своей комнаты и тут же вытягиваюсь, как струна, когда замечаю Тимура. Прищурился и оперев плечом косяк, наблюдал за мной. Как давно он стоит?! — Ладно. Созвонимся чуть позже, хорошо?
— Понял. Перезвоню.
— Не надо… я сама.
Отключаюсь, кидаю телефон на кровать и, цокнув языком, поворачиваюсь с тяжёлым вздохом к Тимуру.
— Что?
— С кем говорила?
— Тебя это не касается.
— Так и думал. — Улыбается и кидает на стол папку с бумагами.
