Тимур относился к ней поверхностно, вкусно — спасибо. Лишнего слова не скажет, а так иногда хочется, чтобы похвалили.
— Что здесь происходит?
За разговорами не замечаем, как время приблизилось к семи вечера и домой вернулся Артём. Прожигает меня ненавистным взглядом, смотрит на заляпанную столешницу с духовкой. Ну не успела я. Заболталась! Подумаешь! Я же не отказываюсь убирать! А сверлит взглядом так, как будто сейчас ему придётся согнуться в три погибели и отмывать.
— Артём, мальчик мой, здравствуй. — Любовь Ильинична разбавляет своим теплом атмосферу.
Мужчина мгновенно смягчается и улыбается женщине. — Давно уже не заставала тебя дома. Всё на работе, да на работе.
— Здравствуйте, Любовь Ильинична. — Принимает объятия. — Я тоже соскучился по вам.
— Ты давай, садись за стол и не ворчи! У Алисы волшебные ручки и готовит она так, что пальчики оближешь!
— Я не голоден. — Холодно произносит, а сам поглядывает на ёмкость с запеканкой. Любопытный какой.
— Ну конечно, не голоден он! Садись. — Подталкивает к стулу, а сама обращает на меня своё внимание.
— Алис, поухаживай за мужчиной.
— Ой, да, конечно! — Вскакиваю на ноги и накладываю в тарелку еду. Затем сталкиваюсь взглядом с Артёмом. Вроде и злится, челюсть сжата, желваки из стороны в сторону ходят, но вот глаза не обманешь. Мужчина ими изучает меня. Он как завороженный наблюдает за каждым моим действием. Робко ставлю тарелку перед ним и отхожу в сторону.
— Приятного аппетита. — Голос предательски подрагивает.
— Давай, Артём! Хватит уже питаться в ресторанах! Видит Бог, когда-нибудь подцепишь какую-нибудь кишечную палочку! А тут еда домашняя, вкусная, видно, что старались.
— Всё наседает на мужчину женщина и он сдаётся. Отламывает вилкой небольшую часть запеканки и кладёт себе в рот.
Не знаю нормально это или нет, но почему-то захотелось так ему угодить. Захотелось услышать похвалы, чтобы как Любовь Ильинична начал осыпать комплиментами. Но этого не происходит.
Мужчина жуёт, я бы даже смакует смакует, затем смотрит на меня и тут же замирает.
Растрёпанная, в переднике и картошкой в волосах. Не выдерживает. Бросает вилку в тарелку, резко отодвигается на стуле, выплёвывает еду в мусорное ведро и скрывается в своей комнате.
И прям до слёз. Я же знаю, что вкусно получилось. И не из-за того, что я себя нахваливаю и набиваю цену, а потому что действительно умею готовить.
Бросаю взгляд на растерянную Любу. Женщина, вскинув брови вверх, тяжело вздыхает и отрицательно качает головой.
— Дай ему время.
